Девочка, которую нельзя полностью

За те пару секунд, что Гордеев пересекал холл, я успела и умереть, и воскреснуть, и снова полуумереть. Опустив голову и зашторившись волосами, понимала, что надо хотя бы попытаться сделать вид, что ничего не происходит — ну, там, поздороваться например, но так и не смогла. Выручил, как ни странно, сам Гордеев.

— Привет, — нажимая кнопку первого этажа, как ни в чём не бывало кивнул он. — Хорошо, что застал тебя. Сегодня ночью казино у Садальского. Наденешь то, красное. Ну и вообще, чтобы дорого-богато всё.

— Хорошо.

Сказала или прошептала? Сама не поняла.

— У Коломойца сейчас очень напряжённый период, — после небольшой паузы продолжил Игнат. — Важна каждая мелочь, любая лажа может сорвать большую рыбу.

На меня не смотрел даже в зеркало, просто стоял лицом к выходу, ко мне спиной, и в целом, был обычным привычным Гордеевым. Мне даже подумалось, что, может, он передал Айболиту видео, но сам ещё не успел просмотреть?

— Поэтому, если тебе так необходимо, повтори условия своего трудового договора. Хоть сто раз, хоть тысячу. Пока, наконец, не уяснишь главное. Это понятно?

Нет. Всё-таки видел. И просто… Просто он — бревно! Сухое и бесчувственное!

Откуда-то вдруг взялись слёзы. Стремительно заволокли взгляд и, переполнив веки, опасно повисли на ресницах.

Мягко дзенькнула, сообщая о прибытии на первый этаж, кабинка. Дверцы разъехались, но Гордеев так и не двинулся с места. Мучительная, непонятная пауза…

— Давай просто работать, Слав, — также не оборачиваясь, попросил он. — Просто работать. Без глупостей. Хорошо?

Слеза всё-таки сорвалась, и я не удержалась, коротко всхлипнула. Гордеев дёрнулся, оборачиваясь… но тут же спохватился. И, так и не взглянув на меня, уверенным шагом вышел из лифта.

Из дневника «ОКЛН» Выдержки.

__________

…Впаривал ей о работе без глупостей, а у самого такое чувство было, словно умоляю не убивать. Меня. Дожился, твою мать.

Нет, в целом, Док рассудил верно, и если уж меня от неё так штырит — в первую очередь следует выяснить степень поражения, и дальше действовать исходя из этого.

…Что ж, поражение на лицо — под амиталом в присутствии раздражителя меня понесло на пошлятину, как пубертата[10] на порнушку. Но и устойчивость порадовала — ни одного прокола по контрольным точкам, даже несмотря на то, что отвлекался на неё саму.

Вот только чего не мог предусмотреть ни Док, ни даже я — так это действий самого раздражителя. Хотя эта девчонка не просто раздражитель — она неугомонная заноза в заднице! А её шалости — это каждый раз контрольный в висок!

Как перестать теперь думать об этом? Как контролировать физиологию, зная, что стоит мне только позволить себе — и всё случится? И как перестать одержимо её хотеть, в конце-то концов?

В одном я оказался прав с самого начала, и теперь даже Док это признал — мне эту девочку нельзя ни под каким соусом. И даже просто думать в её сторону. Даже в контексте «когда-нибудь потом, когда всё закончится» Кстати, именно поэтому и «План Б» дока тоже пошёл лесом: теперь даже просто трахнуть её — только ещё больше в ней увязнуть. И тогда лесом может пойти вообще всё. Непозволительная роскошь.

Тогда что остаётся — писать дневнички и рефлексировать, так что ли? Ну или пойти от обратного и, отсекая любую возможность для себя, свести их с Коломойцем, например. Пусть молодёжь резвится.

С-сука…