А потом все цыгане по-доброму помахали вслед уезжающему поезду.
– Прощай, Гили!
Жаль, что Даша этого не видела.
– Вот ведь цыгане вонючие! Спасу от них нет! Наверняка сейчас этот паршивец кого-то обворовал и был таков! Попробуй его теперь догони! – ворчала проводница, зайдя в купе. – Чтоб им всем околеть!
– Не смейте так говорить про цыган! – возмутилась Даша. – Они хорошие люди!
– А ты почему заступаешься за них? – скривилась проводница. – Тебя небось цыгане ещё не обворовывали. А вот когда без денег из-за них останешься – по-другому запоёшь! У меня сестра, дура набитая, когда её муж загулял, пошла к цыганам гадать. Так они ей такого на уши навешали! Что на ней якобы порча, поэтому муж её скоро бросит, и дети её заболеют, и сама она через год помрёт. А вот чтобы этого не произошло, должна она обряд от порчи провести. И для этого надо двадцать тысяч заплатить! Прикинь! И что ты думаешь, эта идиотка заплатила! Так муж ее, когда узнал, куда она всю его зарплату дела, хлопнул дверью и ушёл из дома! И никакой обряд не подействовал! Еле его всей роднёй уговорили вернуться! Во как бывает! А ты говоришь, что они хорошие…
– Да, у них другие нормы морали. Но я знаю, что если человек попал в беду, то они помогут и последним поделятся! Вот так. И вообще к людям надо быть добрее. Нельзя их проклинать и желать им зла! Это грех!
Проводница с неприязнью поглядела на девушку.
– Молода ещё! Жизнью не битая! Поэтому и рассуждаешь как блаженная! Ладно, некогда мне тут с тобой спорить. Мне билеты проверять надо. Давай свой билет.
– Ой! – охнула Даша. – А мой билет у Янко, у того цыганёнка…
– Что?! – рассмеялась проводница. – Вот ты и попала из-за этих цыган в беду! Что, и теперь будешь говорить, что они хорошие?
– Да он нечаянно… Он просто забыл, что билет у него… – пыталась доказать Даша.
– За нечаянно бьют отчаянно! Так, безбилетная гражданка, освободите купе! – потребовала проводница ледяным тоном. – Сейчас будет полустанок, вам придётся сойти с поезда!
– Но мне очень надо в Москву! – испугалась Даша. – Пожалуйста, помогите мне! У меня нет сейчас денег. И я слепая! Я не смогу уехать с вашего полустанка! Не прогоняйте меня! Пожалуйста!
– Ещё чего! Я не хочу из-за тебя нарваться на неприятности. В любой момент могут проверяющие зайти. Сама ведь знаешь, что в поезде все едут только по билетам! А нищих калек и побирушек мы вообще сдаём в милицию! Мне вызвать наряд или ты сама уйдёшь?
– Я сама, – обречённо сказала Даша и на ощупь вышла в тамбур.
Состав остановился. Всего один человек вышел из поезда на пустую платформу и открыл зонт, так как на улице накрапывал мелкий дождик. Мужчина спустился с платформы и быстро зашагал по направлению к ближайшей деревне.
– Давай выходи! – скомандовала проводница. – Быстрее! Здесь стоянка всего минута.
Даша послушно вышла из вагона и остановилась, не зная, что же ей делать дальше. Её бил озноб не столько от холода, сколько от страха. За спиной хлопнула дверь тамбура, заскрежетали колёса, и состав, громыхая, уехал в Москву, оставив её на пустынном полустанке.
Даша так и стояла посреди платформы, а равнодушный дождик капал ей на волосы, на лицо, на плечи, на шёлковое платье, пропитывая его насквозь водой.
– Эй, кто-нибудь! Помогите! – крикнула девушка, но ответила ей лишь тишина.
Кого теперь молить о помощи? Кого звать? Даша поняла, что здесь она абсолютно одинока и рассчитывать придётся только на себя. Надо было что-то делать, куда-то идти. Надо было хотя бы найти укрытие от дождя.
– Так, не плакать! – скомандовала она сама себе. – Всё будет хорошо!
Даша вспомнила, чему её обучали в «Школе выживания». Это немного придало ей уверенности. Она сделала несколько шагов вперёд и нащупала перила платформы. Держась за них, Даша пошла по платформе и спустилась по лестнице.
– Теперь надо идти по дороге. Я обязательно выйду в какой-нибудь населённый пункт, а там найду, где укрыться, – вслух успокаивала она себя.
Даша сняла с себя туфли и босиком (чтобы ногами чувствовать асфальт и не сбиться с дороги) робко пошла маленькими шагами к деревне.
Дождь начал лить сильнее, стекая холодными струями по дрожащему телу девушки. Мокрое платье облепило Даше ноги. Её бил озноб. Но она изо всех сил старалась не впадать в отчаяние. Даша знала, что если человек от страха опускает руки, то тогда он может погибнуть.
Им, слепым детям, в «Школе выживания» рассказывали, что при кораблекрушении многие взрослые люди в лодках погибают именно от страха в первые же сутки. И только маленькие дети, которые не боялись, потому что просто не понимали всего ужаса их положения, жили в лодках по несколько дней, пока их не спасали.
Поэтому Даша гордо выпрямила спину, улыбнулась и громко запела: «Дождь! Звонкой пеленой наполнил небо майский дождь. Гром! Прогремел по крышам, распугал всех кошек гром…»
– Ты чего разоралась-то? – послышался невдалеке рассерженный мужской голос. – Ты полоумная, что ли? Гуляешь без зонта да ещё и песни орёшь. Совсем крыша съехала?
