Варя глубоко вдохнула свежий осенний воздух.
– Как же хорошо у вас здесь, матушка! Мне здесь так спокойно, так на душе радостно становится! Даже уходить не хочется!
Монашка пристально посмотрела на Варю, но ничего не сказала.
Варвара с Григорием молча ужинали дома. Он недовольно косился на жену и наконец не выдержал.
– Ну и долго будет продолжаться этот траур? – раздражённо спросил Григорий, бросив на стол вилку. – Сколько можно?! Мне надоело твоё постоянно угрюмое лицо, мне надоела эта гнетущая тишина в доме! Я чувствую себя здесь как в склепе!
Варвара молчала и лишь ещё сильнее опустила голову.
– Что ты молчишь?! Скажи хоть что-нибудь! – закричал Григорий.
– Отпусти меня, Гриш, – тихо попросила Варя.
– Что?! – опешил Григорий. – Куда это тебя отпустить? К кому?
– В монастырь! – ответила Варвара и даже слегка улыбнулась.
Григорий был настолько ошарашен, что сначала в комнате повисла тишина, а потом он вдруг разразился таким неудержимым хохотом, что долго не мог остановиться.
– Ну ты и придумала! Вот это сказанула! И как эта глупость в твою голову пришла? Кто тебя надоумил? Или ты шутишь?
– Я серьёзно говорю. Гриш, я долго думала, но потом твёрдо решила уйти в монастырь. Мне там будет лучше. Отпусти меня, пожалуйста, я тебя очень прошу!
– Ты это серьёзно?!! Вот дура! Ты что, хочешь меня на посмешище перед всей Москвой выставить? «У Григория жена монашка!» Это же сдохнуть от смеха можно! – закатил он глаза. – Значит, так, жёнушка, выкинь эту идиотскую идею из своей головы! Даже думать об этом не смей!
– Гриш, ну, пожалуйста, зачем я тебе? Я же знаю, что у тебя есть любовница. Вот и живи с ней. А я уйду…
– Так ты из-за Инны решила уйти в монастырь? – улыбнулся он, что наконец понял причину. Он обнял жену. – Вот глупости! К ней даже ревновать не стоит. Она же шлюха! Успокойся, я её не люблю и никогда с ней жить не буду. А ты, Варька, сама виновата, что я к любовницам хожу. Ты же со мной стала холодная как ледышка. Да ещё этот вечный траур. Мне с тобой тоскливо. Вот и приходится…
– Нет, Гриша, это не из-за ревности. Я давно решила уйти, просто боялась тебе сказать.
– Значит, так, Варвара, послушай меня внимательно. Я в эти игры с разводами не играю. Зачем мне баб менять? У меня, у Григория, будет только одна жена. И это ты. Во-первых, я люблю тебя. А во-вторых, слишком много ты, голубушка, обо мне знаешь. Что же, мне убить тебя придётся? – он с усмешкой поглядел в её испуганные глаза. – Не бойся, пока ты со мной, я тебя не трону. Но никогда никуда я тебя не отпущу! Запомни это! Нас может разлучить только смерть или тюрьма! Я ясно объяснил? И не вздумай убежать! Я тебя найду, ты это знаешь. А монастырю твоему тогда не поздоровится! Разнесу к чертям собачьим!
– Ты грешно говоришь! – возмутилась Варя.
– Я живу грешно! – усмехнулся Григорий.
Он уехал к любовнице. А Варя в задумчивости повторяла его слова: «Нас может разлучить только смерть или тюрьма… Только смерть или тюрьма…»
– Что ж, ты сам виноват, – прошептала она с ненавистью в глазах.
На следующий день Варвара вытащила из тайника все документы и отправила их заказным письмом в ГУВД на Петровку. Да ещё в этом письме Варя указала место, куда Григорий со своими дружками спрятали труп Скворцова: возле котельной. И написала, что именно эти люди убили Сашу Круглова.
А потом Варвара подожгла дом, заметая следы.
Но Григория не посадили. Друзья в милиции вовремя предупредили его об аресте. Григорий воспринял всё произошедшее как происки конкурентов из других банд. Он спешно собрал все свои деньги, которые, к его счастью, находись не в доме, взял Варю и уехал сначала в Прибалтику, а оттуда их тайно переправили за границу.
Так Варвара оказалась с мужем в Англии. Григорий купил там дом в предместье Лондона. И они зажили спокойной размеренной жизнью. А все свои деньги Григорий стал вкладывать в капиталистический бизнес. Однако же и криминальные деньги в России он не хотел терять. Управляющим своими делами в Москве он назначил Иннокентия, который раз в год тайно переправлял Григорию его навар. Эти деньги Григорий тоже пускал в бизнес, поэтому, к изумлению местных капиталистов, он с огромной скоростью увеличивал свой капитал.
А после перестройки Григорий и в России выкупил акции крупного металлургического предприятия, управляющим директором которого он назначил, конечно же, Иннокентия.
Варвара в Англии стала прихожанкой местной церкви. Григорий этому уже не противился, потому что в отличие от России здесь вера в Бога поощрялась. Это считалось правильным, когда по выходным всей семьёй люди ходят в церковь слушать проповеди. Григория, конечно, в церковь не затащишь, но пока жена его усердно молилась, он играл в покер в местном элитном клубе.
