— Мне жаль тебя, — наконец, она нарушила тишину, а Хорхе просто пожал плечами — мне все равно, старая кошелка, и в твоей жалости я не нуждаюсь. Конечно, он этого не сказал. Нужно уважать прародительницу. Но Хорхе считал, что ей не мешало бы переродиться, может, успокоилась бы, и перестала вести себя, как маразматичка. Хотя нет, подождите-ка, она же не может переродиться! Жалкое подобие богини!
— Ты, правда, считаешь, что Цукиеми с тобой из-за каких-то там личных заслуг?
— Мне все равно, — теперь он уже сказал это вслух. Но она не поняла намека, а может, просто не хотела понимать его, поэтому продолжила.
— Эту историю знаем только я и он, ведь лишь мы помним восьмой исход. В то время Амацукумэ-но микото переродился в ками женского пола. Сумире. Тебя так звали. И у вас с моим сыном была такая любовь… — она издала смешок, и Хорхе захотелось придушить ее. — С тех пор Цукиеми питает к тебе слабость. И я думаю, что когда он смотрит на тебя, он видит в тебе Сумире, а не Хорхе. Как считаешь?
Если бы ярость могла убивать, это бы сейчас произошло. Потому что Хорхе закрыл свои золотые глаза и процедил сквозь зубы:
— Уходи.
— Что-что? — рассмеялась она.
— Убирайся! — закричал он.
— С удовольствием, — Эхисса выплыла из комнаты.
Хорхе еще долго пытался успокоиться. Он давно ожидал от этой женщины чего-то подобного. Она всегда ревнует к своим детям. А детей у нее только трое, те, что появились от союза с Идзанаги. Остальные ками — это мусор, которым можно крутить-вертеть, как ей угодно.
Хорхе ненавидел эту женщину.
____________________
Примечания автора:
1). Ведущий — при телепортации группой тот ками, который рассчитывает курс.
2). Вакадзаси — короткий меч.
3). Додзе — залы, где проходят тренировки боевым искусствам.
4). Кехо — техника ускоренного передвижения для ками.
5). Сето — старая столица Поднебесной. После восьмого исхода ею стала Нара.
6). Боккен — меч из дерева. Служит для тренировок боевого искусства.
7). Синай — бамбуковая палка. Служит для тренировок боевого искусства.
8). Ката — систематически организованные серии движений защиты против воображаемого противника. Каждая ката содержит несколько принципов правильного обращения с мечом.
9). Цуба — тоже, что и гарда.
10). Синтай — "воплощение высшего духа". Оно происходит тогда, когда рассыпается ограничитель, а сердце окончательно превращается в руду и готово к выплавке меча. Это третья, последняя ступень, развития ками, которой предшествуют ками-Жертва и ками-Хищник.
11). Цукиеми уже говорил об этом Хорхе: когда начинается война и тел для возрождения не хватает, только Аматэрасу может создать временные тела для душ. И чтобы это сделать, она спускается в Еминокуни, проводит там несколько дней. В это время все ками считаются особенно уязвимыми.
12). Могильщики — самые слабые из йокаев. Питаются трупами. В странах Креста паразитируют на кладбищах, разрывая могилы.
26 день месяца Дракона 491 года Одиннадцатого исхода
остров Онодзима, гора Сумеру
Убежище;
Ие-но футана, Страна Алого Креста
Ареццо.
— Только не говори, что у тебя опять сломались котлы, в которых ты варишь грешников! — заверещал Хорхе, когда на пороге появился Цукиеми в неизменных черных шелках и Ебрахий в белых хлопковых одеждах — узкие брюки, не чета шароварам-хакама, и косоде — рубашку из того же материала с запахом. На спине у косоде находился черный мон Хатимана.
— Досужие сплетни религии Креста, — бесцветно отозвался Цукиеми. — Нет у меня никаких котлов, и ты это знаешь. Но в Еминокуни, действительно, проблемы, и поэтому у меня к тебе небольшая просьба, — рука в черной перчатке, унизанная тяжелыми перстнями, привычно легла на плечо Ебрахия. — Доставишь моего сына в Академию?
Ебрахий же не выглядел довольным. Он отворачивался, прятал глаза, наклоняя голову и смотря в пол. Его брови хмурились, а уголки губ были опущены. Молодой ками не пришел в восторг оттого, что в Академию его повезет Хорхе.
— Смотря, что ты за это предлагаешь, — сразу же оживился родитель Данте, глядя на Бога Счета Лун насмешливо и лукаво.
— Как насчет сувенира? — предложил Цукиеми.
— Сувенира? — рассмеялся Хорхе. — И что ты мне привезешь? У тебя же в Еминокуни ничего нет, кроме пустых камней!
— Вот и договорились, — черная бровь дернулась. Тот, кто хорошо знал Бога Счета Лун, понял бы, что это выражает насмешку.
— Эй! Что за наглость? — но Цукиеми проигнорировал возмущение Хорхе. Он кивнул Данте, сжал на прощание плечо Ебрахия, и молча вышел.
