Хорхе вернулся где-то через час. Данте уже успел пообщаться с сонным Рихардом, наплести ему о том, что мечтал посмотреть на ночной Ареццо, но слегка не рассчитал расстояние, да и Акито за ним гнался. Хатиман поверил — Данте умел быть очень убедительным, — и даже решил не наказывать, а сводить всех Хищников на экскурсию в город. Все-таки ректор очень странный.
Хорхе появился в комнате Данте в тот момент, когда тот переплетал косу, сидя на полу. Он отодвинул фусума, прошел в комнату, пошатываясь, и погладил своего отпрыска по голове.
— Все в порядке? — спросил Удзумэ.
— Да, солнце светит, птички поют, а Кимэй отправлен на перерождение. Надо сказать Цукиеми, чтобы он над его душой особо поиздевался во время Очищения. Я, надеюсь, это можно…
Хорхе опустился, устало и грузно, на пол рядом с Данте.
— Понятно. Меня ректор вызывал. Пришлось придумывать сказку буквально на ходу. Ты меня убьешь, наверное, ведь теперь тебе придется вести всех Синсэн Аши на экскурсию в Ареццо…
Данте повернулся, чтобы посмотреть на реакцию родителя, но она превзошла все ожидания: Хорхе спал на полу, свернувшись калачиком. Запутанные и потускневшие волосы рассыпались вокруг него, глаза были закрыты, а дыхание ровное. Удзумэ провел по телу родителя рукой, чтобы убедиться в отсутствии повреждений, а потом стащил с кровати одеяло и укрыл им Хорхе.
Наверное, это было сложно победить перерожденного ками. Данте видел, насколько Кимэй силен. Все-таки Курадо был неплохим. Добрым и лечил. И не скажешь, что предатель. Интересно, что же произошло, раз он перешел на сторону врага?
11 день месяца Дракона 448 года Одиннадцатого исхода
(сорок три года назад)
Такама- но хара, Оногодзима;
г.Сумеру, Небесный Божественный Дом
Сегодня облака застлали собою террасы. Смотровые площадки были бесполезны и даже опасны, ведь во влажной густоте можно легко потеряться и не заметить, что стоишь на краю бездонной и жадной пропасти. Иногда облака расходились, и солнце несмело заглядывало в витражные окна, лизало старые фрески, на которых изображались Первые Боги Поднебесной. Все еще яркие и удивительно живые они изображали забытые события, цветущие яблони и опавшие листья, нити Сейкатсу, сплетенные в плотный клубок. Фрески поражали своей реалистичностью.
Давным- давно, на заре мира, Эхисса здесь родила своих детей: Аматэрасу, Сусаноо и Цукиеми. Тогда это место считалось домом богов, теперь же это больше штаб-квартира ками. Или просто перевалочный пункт, в который они возвращаются после долгих и утомительных заданий.
С тех пор как прошел восьмой исход, боги больше не жили среди людей, появлялись и показывались им нечасто, больше по необходимости, не желая вселять пустую тревогу. Ведь, где они, там обычно и йокаи. И хотя ками часто бродили среди людей в своих человеческих обличиях, они все равно возвращались сюда - не потому, что это место было им домом, а потому, что чувствовали себя чужаками в обычных городах.
Небесный Дом - это огромное строение, расположившееся почти на самой верхушке Сумеру. Если стоять у подножия горы и смотреть вверх, то его попросту не видно, ведь оно находится выше облаков. Величественная громада с десятком башен, стен, террас, мостов и переходов в ясную солнечную погоду впечатляла одним своим видом, поражала своей древностью и непохожестью ни на одно строение, находящееся в Поднебесной. Внутри, помимо разнообразных хранилищ и бесконечных галерей - общих мест для всех, были еще и специальные места: покои Идзанаги и Рихарда, запертые помещения, где раньше жила Аматэрасу, отдельные башни, принадлежащие отрядам. И редко кто-то из богов находился не на своей территории. Зональное разделение здесь было очень значимым.
Бывали и другие случаи. Редкие и почти беспрецедентные, когда из отряда, сформированного и притертого еще в Академии, происходил перевод. В такие моменты ками и пересекал те неназванные границы, оказываясь на чужой территории.
Совсем недавно по меркам любого ками - года три или четыре назад, Рихард приказал создать специальный отряд, который подчинялся только ему одному. Командиром его стал малоизвестный ками по имени Гор, принадлежащий к бесконечно воинственной школе Сошу. Имя души его было Хоори-но микото (Бог, Пригибающий Огонь). И он являлся печально известной фигурой, из-за несдержанности которого погибло много людей. Но Рихард умел прощать чужие ошибки и давать возможность к реабилитации.
Аматэрасу Кимэй, Куни-но-курадо-но ками (Земной Бог Темных Расщелин), был переведен в отряд Гора по специальному приказу Хатимана, поэтому сейчас находился на территории специального отряда, навсегда покинув свои покои, отведенные ему в отряде Аматэрасу Хелависсы.
- Командир, - перегородки-седзи раздвинулись, открывая вид на бесконечный туман, который окутывал фигуру ками, замершего на пороге в низком поклоне. Серые, переливающиеся шелка его одежд казались тоже сотканными из тумана. Полы их находились в постоянном движении, отчего казалось, что они клубятся.
