— Макетаро, — Амэ повернулся к брату. — Я тебя не заставляю за мной ходить целый вечер. Можешь выпить и лечь спать в укромном уголке.
— Амэ! — брат был возмущен в лучших своих чувствах. — Как я могу тебя бросить?
Однако Амэ сегодня находился в плохом настроении. Произошедшее пару часов назад давало о себе знать слабой дрожью в коленках и дурным расположением духа.
— Ты будешь мешать… — произнес он, и вдруг понял, что это звучит подозрительно, наводит на мысль, что он что-то задумал. А с Макетаро станется полезть не в свое дело. — В женских разговорах…
К счастью, брата легко сбить с толку.
— Хочешь посплетничать? Или похвастаться тем, что Накатоми просят твоей руки?
Йокай подери! Об этом-то он как узнал? Рылся в документах мамы? Амэ знал о том, что Макетаро порой приходит в ее кабинет с "инспекцией", но не думал, что это происходит настолько часто.
— Не думаю, что мама на это согласится.
— Это выгодная партия.
Амэ скептически приподнял бровь, и посмотрел на Макетаро так, что тот внезапно понял: ему лучше заткнуться и оставить свое мнение при себе. Конечно, брат обиделся. У него порой просыпалось самомнение — ведь после смерти дедушки он станет наследным принцем, а если доказать сумасшествие Амако, то и главой рода. Эти перспективы кружили ему голову, и Амэ иногда опасался, как бы его братец не натворил глупостей. Например, помог дедушке почить. Или раньше времени оспорить право Амако на наследование рода. Дедушка хорошо знал, что его дочь психически нездорова, и не поменял наследника только потому, что его текущее положение дел устраивало.
— Мы приехали, — сообщил Макетаро и покинул экипаж.
Амэ вышел, опираясь на руку брата. Юноша не стал заморачиваться насчет прически и кимоно. Волосы он заплетать не стал, оставил распущенными, а неяркое одеяние делало Амэ хрупким, невинным и немного беспомощным. А еще уязвимым. Но юноша по этому поводу не огорчался — его внешность послужит делу. Когда ты кажешься молодой дурочкой, то оно и на руку — окружающие решат, что тебя легко запутать и не станут осторожничать.
— Пойдем, Макетаро, поздравим милую Каору, — Амэ взял брата под руку и двинулся к особняку.
Теней сегодня было много, безумно много — сбежались на неяркий свет фонариков. И галдели они буквально наперебой. Амэ скривился, думая о том, что скоро его голова будет раскалываться от обилия информации. И стоит не забывать себя контролировать, а то еще ляпнет что-нибудь не то, перепутав слова людей и теней.
Но до самой наследной принцессы добраться удалось не скоро. Знакомых встречалось много, и приходилось останавливаться, кланяться и здороваться, а потом объяснять, что Амако больна, Акито срочно вызвали в Академию, а Канске не здоровится — наверное, вирус какой-то подхватил, и мать тоже заразилась. Приходилось улыбаться и весело щебетать, отвечая на вопросы о будущей Церемонии, и хитро прикрывать глаза, когда его спрашивали о замужестве.
— Как мне надоели эти вопросы! — проворчал Макетаро. Амэ был полностью согласен. У него раскалывалась голова оттого, что всем приходилось говорить одно и то же. — И почему всех интересует твое замужество? Почему меня никто не спрашивает о том, когда моя свадьба?
Амэ лениво обмахнулся веером.
— Потому что давно всем известно, что ты женишься на девице из рода Кумэ. Хм… как же ее звать?
— Ну вот, — надулся Макетаро. — Она такая невзрачная и незаметная, что ее имени никто не запоминает.
Амэ заливисто рассмеялся. Все-таки его брат олух, каких еще поискать.
— Шучу-шучу, — юноша бросил насмешливый взгляд на Макетаро. — Я помню ее имя. Сиери. И она очень умная девушка, — а про себя добавил, — и характера у нее хватит, чтобы присмотреть за тобой.
А то чуть зазеваешься, и Макетаро уже во что-то влип. И хорошо еще, если без Канске…
— Это ты просто меня успокоить хочешь… — вновь заныл Макетаро.
— Говорю чистую правду! — уверил его Амэ. — О! Я, кажется, вижу Бенихиме! — воскликнул он и потянул за собой брата. Тот послушно поплелся за ним, вяло перебирая ногами. Амэ по пути к Имубэ ослепительно улыбался.
— И все же, не стоило нам приходить сюда… — продолжал ворчать Макетаро, но Амэ не обращал внимания.
В это время Бенихиме заметила Сарумэ, и помахала им рукой, приглашая к себе. Амэ кивнул и слегка замедлил шаг. Удивительно, насколько нерасторопен у него брат! Амэ мог бегать на шлепанцах-окобо, которые мало того, что на высокой платформе, у них еще и центр тяжести смещен, а Макетаро с устойчивыми гэта справиться не мог. Это так раздражало!
— Амэ, слушай, а ты знаешь ту рыжую красотку? — вдруг спросил брат.
— Какую? — юноша пер напролом, чтобы избежать встречи с очередными знакомыми.
— Вон ту. Да куда ты смотришь? Она стоит рядом с госпожой Имубэ!
— Не вижу ник… — юноша внезапно запнулся, потому что увидел ту, кто стояла неподалеку от Бенихиме. Невысокого роста, даже для женщины. Миниатюрная, точно фарфоровая статуэтка. С бледной, идеальной кожей, явно не знающей, что такое белила; и роскошными рыжими волосами, в которые вплели сверкающие драгоценности. Волосы были забраны в хвост белым жестким бантом.
