– И кто она?
– Она преподает скандинавские языки в институте.
– Сколько ей лет?
– Точно не знаю, но что-то около тридцати.
– Судя по блеску глаз, ты уже в нее влимонился? Или уже надумал жениться?
– Пока еще рано об этом говорить.
– А как ее зовут?
– Янина, Яна...
– Она полька?
– Да, там есть польская кровь, ее отца звали Август Юркевич. Хотя она его не помнит.
– Она, надеюсь, не замужем?
– В разводе.
– Ну что ж, приводи!
– Спасибо, мамочка!
... – Янка, что с тобой? Тебя как будто королевич Елисей поцеловал!
– Вета, что ты несешь!
– Это Мишка, да? Он за тобой ухлестывает?
– Можно и так сказать!
– Вы уже... того?
– Нет, я не могу так скоро.
– Но хоть целовались?
– Да, – смутилась Яна, сама сознавая как это глупо в ее возрасте. – И знаешь, он чуть не прибил Столбова! Тот говорил обо мне гадости, а Миша услышал и задал ему трепку. Мне было приятно.
– Слава тебе господи! Хоть кто-то вмазал этому подонку!
– Вета, знаешь, я хочу подстричься, как ты думаешь?
– Давно пора! Знаешь, этот твой несчастный хвостик вызывает жалость, а когда ты его распускаешь, на голове воронье гнездо.
– Что, все так мрачно?
– Желтая жуть! Я отведу тебя к классному мастеру, он сделает из тебя суперледи! А тебе когда надо?
– Ну, хотелось бы ко вторнику.
– А что у нас во вторник?
– Миша пригласил меня к своей маме.
– Ни фига себе, вот это темпы! Руку и сердце еще не предлагал?
– Нет.
– Скоро предложит! И я очень тебе советую, соглашайся. Конечно, если найдешь общий язык с мамашей. Свекровь имеет в нашей жизни первостепенное значение. Я вот, можно сказать, вышла замуж за свекровь. И ни разу не пожалела! Все, я звоню Борису Ильичу!
– Кто такой Борис Ильич?
– Мастер! Парикмахер! Великий! Он из тебя человека сделает! Только ты не вздумай ему указания давать!
– Какие указания?
– Вот тут подстричь, а вот тут длинно оставить, а там подбрить... Он знаешь как спрашивает, когда к нему садится незнакомая дама? «Вас как подстричь, хорошо или как вы хотите?»
– Меня – хорошо!
Яна давно не ощущала такого подъема! Что это со мной? Может, я тоже влюбилась в Мишу?
Поговорив еще раз с Мишкой и узнав, что Яна не придет к маме на юбилей, Тимофей успокоился. Дома тоже все как-то устаканилось. И Юлька вела себя нормально. Ну сходила она в театр с каким-то письменником, подумаешь, большое дело. Тимофей, правда, заглянул в Интернет и выяснил, что весьма популярный автор Леонтий Зной на самом деле звался Леонидом Засыпкиным. Имелась там и фотография. Очень даже хорошенький мужчина. Глазки, кудряшки, губки бантиком. Нет, Юльке такой не должен нравиться. Биографию писателя он читать уже не стал. К чему? И так все ясно. Надо же, выдумал себе псевдоним – Леонтий Зной! Ну и молодец! Шикарно звучит, а то нынче развелось всяких звезд с босяцкими фамилиями... Он сам засмеялся своей мысли, так могла бы сказать мама. Мама презирала босяков.
Юлькина машина была в ремонте и она попросила мужа отвезти ее в салон красоты, все-таки юбилей свекрови...
– Тебя подождать?
Юля удивилась.
– А у тебя есть время?
– Ну, я могу зайти вон в то кафе и просмотреть кое-какие документы.
– Тимочка, это было бы здорово! Спасибо!
– За два часа управишься?
– Боюсь, что нет. Но за три – точно!
– Ладно, тогда я смотаюсь по одному делу и вернусь в кафе. Там меня найдешь!
– Ты золото, Тимка!
– Я знаю! – улыбнулся он.
