Взгляд маленькой девочки был переполнен грусти. Ее наливающиеся слезами глаза блестели. По грязной щеке потекла одинокая соленая струйка, оставляя после себя след. Ее поджатые губы дрожали от плохо сдерживаемых рыданий. И уже через мгновение малышка разревелась, склонив голову и позволяя горьким слезам течь по белоснежной ткани.
— Я смогла поговорить с тобой только потому что
— Прости меня… я не хотел…
— Твоя судьба уже предрешена. Единственное, о чем бы я хотела тебя попросить… береги себя, пожалуйста!..
— Стой!.. — девочка сделала шаг назад, постепенно погружаясь в темноту.
— Мне пора. Сохрани в тайне наш разговор. Прошу!..
Валерий с горькими слезами на глазах наблюдал, как последние девочкины слова растворяются в темноте, оставив после себя пятнышки мрака. Они ползали по полу, в тщетных поисках электрического напряжения и, не найдя такового, обиженно охнув, исчезли подобно наваждению.
Когда Алину привели за руку в помещение с белыми стенами, она остановилась, отпустив руку сопровождающего. Комната выглядела совсем не так, как в детском доме или в той жуткой больнице, в которой ей пришлось лечить множественные синяки и ссадины, заботливо оставленные маминым любовником.
— Устраивайся поудобнее. Теперь это твой дом.
Она проводила Долгожителя взглядом. На его место пришел темноволосый мужчина в толстых очках. Сердце больно кольнуло, когда ей удалось узнать знакомые черты лица человека, с которым ее мама прожила три года, а затем бросила.
Шестилетняя девочка с вьющимися цвета воронова крыла волосами смотрела на мужчину в очках на пол-лица и не могла произнести ни слова. Синие глаза наполнились слезами, а губы мелко задрожали. Боль сковала грудь железными цепями. Одинокая соленая струйка пробежала по щеке.
Малышка тихонько всхлипнула и, опустив голову, расплакалась.
— Боже… я и не думал, что он возьмет именно тебя…
Она промолчала, продолжая плакать.
— А как же мама тебя отпустила? Почему ты оказалась в детском доме?
— А почему ТЫ ушел?
Мужчина опустил голову. Любое слово покажется неправдоподобным, выссосанным из пальца — и все для того, чтобы успокоить маленькую девочку и снять с себя ответственность. Он ушел, потому что его самого сковывали супружеские обязанности. Эта малышка его вторая дочь. Старшая даже не подозревает, что у нее есть младшая сестренка.
— Папа…? — девочка всхлипнула.
Он погладил ее по длинным рукавам платья.
— Все хорошо, цветочек. Ты еще слишком мала, чтобы разбираться в отношениях двух взрослых людей.
— Ты ушел, потому что у мамы появился другой. Ты просто не стал биться ни за нее, ни за меня. И да, я знаю, что у тебя другая семья!.. — в девочкином голосе послышались нотки обиды и боли. — Я понимаю, что с моей мамой у тебя было мимолетное. Но я — не мимолетное. Я всего лишь ребенок. Почему ты меня не любишь?
Она увидела в его взгляде полнейший шок.
— На удивление ты рассуждаешь довольно здраво. Но тебе всего шесть лет. Это он тебя научил подобным словам?
— Ты не ответил на мой вопрос!..
— Я люблю тебя, цветочек. Просто жизнь такая штука…
— Все ясно.
Мужчина тяжело вздохнул.
— Почему он взял именно тебя…
— Ты не рад меня видеть?
— Ты не понимаешь, где ты сейчас находишься. Наверняка он тебе что-то наплел. Я не хочу, чтобы ты страдала…
— Но я страдаю, папа! Я так по тебе соскучилась, а ты придумываешь глупые оправдания!
— Прости…
— Оставь нас, куколка, — в их разговор вмешался Долгожитель, положив руку на плечо девочки, — двум дядям надо поговорить.
Алина наградила отца испытывающим взглядом и ушла в соседнюю комнату.
— Почему ты выбрал именно ее?! — Валерий набросился на Долгожителя.
Тот с вызовом сложил руки на груди:
— Ну, ты не хотел идти на уступки, поэтому я решил воспользоваться ситуацией. Ты с девочкой все равно не общался, раз она жила в детском доме…
— Я ничего об этом не знал!
— Делаем вывод: дочь тебе нужна поскольку-постольку.
— Да что ты знаешь об этом?!
— О-о-о, многое! Я, если хочешь знать, был когда-то на месте твоей дочери.
— Меня не интересует твоя биография! Отпусти ее, немедленно!
— Поздно. Теперь она часть моего эксперимента. Нравится ли тебе это или нет, мне все равно. Да и в принципе, твое участие уже больше не нужно. Я сделаю все, чтобы оградить Алину от твоего присутствия. Поверь, так будет лучше для тебя.
