Девственница полностью

Уильям де Боун, прячась в тени каменных стен замка, не сводил глаз с племянника, сидевшего у оконного проема. Тот, сосредоточенно хмурясь, изучал какую-то рукопись. Волосы молодого человека отливали на солнце чистым золотом, лицо в свете дня казалось безупречно красивым. Уильям боялся подумать о том, как много значит для него племянник, как привязался он к Роуану за эти годы. Мальчик стал Уильяму кем-то вроде сына. Как жаль, что его собственные сыновья в подметки не годятся Роуану!..

Глядя на высокого, широкоплечего, узкобедрого красавца, Уильям в который раз поражался, как от темноволосого, смуглого, уродливого Тала мог родиться такой сын, как Роуан. Тал называл себя королем Ланконии, но одевался в меховые шкуры животных, длинные грязные волосы ни разу не подстригались, ел он руками и выражался как варвар, каким и был на самом деле. Уильям не скрывал своего отвращения к Талу и позволил ему оставаться в своем доме исключительно по приказу короля Эдуарда. Уильям оказывал Талу всяческое гостеприимство и велел управителю развлекать грубого, вульгарного молодого человека, но сам старался держаться от него как можно дальше.

Теперь при виде Роуана душа Уильяма переворачивалась от горя, исполненная неизбывной тоски. Пока он занимался своими делами, почти забыв о короле варваров, его прекрасная, добрая, милая сестра Энн влюбилась в дикаря. К тому времени как Уильям осознал, что происходит, Энн уже была так очарована этим человеком, что грозилась покончить с собой, если не получит его в мужья. Глупый король варваров даже не понимал, что Энн подвергает опасности свою бессмертную душу одним упоминанием о самоубийстве.

Никакие доводы Уильяма не смогли разубедить Энн. Тот расписывал, как отвратителен Тал, но Энн смотрела на брата как на безумца.

– Женщины не находят его отвратительным, – заметила она, смеясь над брезгливой гримасой Уильяма, живо представившего смуглые жирные руки Тала, обнимающие хрупкую светловолосую Энн.

К несчастью для Уильяма, окончательное решение было принято королем Эдуардом. Он объявил, что хотя население Ланконии невелико, все же они – свирепое племя, и если их король возжелал богатую английскую невесту, значит, получит ее.

Поэтому король Тал женился на Энн, красавице сестре Уильяма. Последний пил беспробудно десять дней, в надежде, что, когда протрезвеет, все это окажется сном. Но, очнувшись от пьяного беспамятства, первым делом увидел Тала. На голову выше его высокой сестры, он не отходил от нее, словно окутывая светлую прелесть Энн зловещей тьмой.

Девять месяцев спустя на свет появился Роуан. С самого начала Уильям обожал хорошенького светловолосого мальчишку, тем более что жена так и не родила ему детей. Тал со своей стороны не интересовался малышом.

– Ба! С одного конца вырываются вопли, с другого – вонь. Дети – женское дело. Подожду, пока он станет мужчиной, – пробурчал он на своем ломаном английском. Его гораздо больше интересовало, когда Энн достаточно оправится от родов, чтобы вернуться в его постель.

С тех пор Уильям разве что только не усыновил Роуана, проводил с ним почти все время, мастерил для него игрушки, забавлял мальчика, держал пухлую ручонку, когда тот делал первые шаги. Роуан быстро становился центром всей жизни Уильяма.

Когда Роуану было чуть больше года, родилась его сестра Лора, похожая на брата, хорошенькая светловолосая малышка. Она тоже не унаследовала ничего от своего смуглого отца. Когда Лоре исполнилось пять дней, Энн умерла.

Уильям был вне себя от скорби и ничего кругом не замечал. Он не видел мрачной опустошенности Тала. И знал одно: именно Тал стал причиной смерти любимой сестры. Он велел Талу убираться из его дома.

Тал покорно ответил, что соберет своих людей и детей и завтра же утром вернется в Ланконию.

В ту минуту Уильям не понял, чем это ему грозит, но, услышав шум во дворе, понял, что Тал намеревается увезти Роуана и Лору. Понял – и потерял рассудок. Сейчас им, человеком рассудительным, владели ярость, скорбь и страх. Собрав своих рыцарей, он напал на Тала и его личного телохранителя, пока те спали.