Дети с улюлюканьем выкатились в прихожую. Причем Эдик не шел, его тащили волоком, так как ребенок был туго обмотан простыней. Голова малыша была забинтована колготками.
— Он раненый. У нас госпиталь, — пояснили близнецы. — Папа!!! Папаня любимый!!! — заорали они в следующее мгновение.
Этот вопль заставил бы содрогнуться любое родительское сердце. У Ильи перехватило дыхание.
— Привет, карапузы! Здрасте, девочки, — смущенно сказал он, вваливаясь в квартиру и цепляясь за косяк сотней полновесных пакетов. — Вот, принес вам еды! Разбирайте.
Дети, кряхтя и сопя, потащили мешки на кухню.
— Привет, — застенчиво сказала Маша.
— Хорошо выглядишь, — выдавил из себя Здоровякин. И покраснел.
— Спасибо. Ты не останешься? Не поиграешь с детьми?
— Да я это… Валдаев и клиентка внизу в машине ждут.
— Какая клиентка?!! — одновременно встрепенулись Маша и Лиза. Обе сразу же подумали о рыжеволосой Ирине в шортах.
— Вы что так испугались? Наша клиентка. Мадам Деманже.
— А-а-а… Тогда ладно.
— А этот где? — кисло, но уже вполне миролюбиво осведомился Илья. — Митя ваш.
«Уволили старых слуг. Как сильно разлука с ними печалит сердца детей», — продекламировала Лиза. Ее, очевидно, основательно заклинило на японской поэзии. — Это хокку Рансэцу.
— Хок-ку-ран-сэ-цу, — задумчиво повторил абракадабру Здоровякин и бросил на Лизу взгляд, полный сожаления. Видимо, решил, что бедная девушка слегка повредилась умом после того, как от нее уплыла пара миллионов евро.
— Дмитрий взял выходной, — сказала Маша. — А ты, судя по количеству провианта, еще долго собираешься жить в разлуке с нами?
— Да нет… Я… Ладно, девчата, мне надо бежать!
Илья рванулся прочь из родной обители, но замешкался в дверях, быстро вернулся, сграбастал Марию и неловко поцеловал ее в щеку.
— У тебя убойная прическа, — объяснил он свой неожиданный поступок.
— Передай привет Саше! — крикнула вдогонку Лиза.
— От Лизы привет, — бросил Здоровякин. Он втиснулся в джип. А там шло бурное обсуждение, нужно ли господам Деманже брать с собой во Францию рыжеволосую валькирию Ирину.
— Что, Лиза у вас? — спросил Валдаев.
— Да.
— О-о! — только и молвил Валдаев и вернулся к животрепещущей теме. — Не понимаю вас, Анн-Мари! Мало того, что эта бессовестная девица месяц мурыжила вашего внука на озере по заказу преступника, вы собираетесь устроить ей райские каникулы!
Непонятно, почему Александра так волновало, поедет Ирина в Париж или нет!
— А что я сделаю? — пожала плечами Анн-Мари. — Поль так хочет. Она его околдовала. Да и мне она понравилась. Сейчас скажу, сейчас… Потрясная герла! Во, вспомнила выражение.
— Да уж, — вздохнул Валдаев. — Потрясная. Илья посмотрел на друга с иронией.
— От Лизы тебе привет, — повторил он зачем-то.
— Да слышал я, — небрежно отмахнулся Валдаев.
Набег на магазины длился сравнительно недолго, Саша и Ильюша даже не успевали обрасти мхом под дверью очередного бутика…
— …Не верится, что мы больше не увидимся! — расстроенно сказал Илья, прижимая к себе Анн-Мари.
Они стояли около гостиницы.
— Поцелуемся, — вздохнула мадам Деманже и вытянула губы трубочкой. — Да, мальчишки, мне вас будет не хватать!
— Все-таки мы отвезем вас завтра в аэропорт.
— Ильюша, не надо! Зачем вам вставать в четыре утра? Менеджер сказал, нам дадут гостиничный лимузин.
— Осторожнее в самолете, — взволнованно посоветовал Саша. — Не трогайте там ничего руками.
— Почему? — удивилась Анн-Мари. — Буду!
— Не нервничай, — толкнул Валдаева Здоровякин. — Стоп-крана в самолете нет. Приезжайте еще! Просто так. Не по делу.
— Да, приезжайте!
Прощание на крыльце отеля было страстным. Со стороны казалось — расстаются близкие люди.
— Неужели кончилась эпопея с Полем и Ани-Мари Деманже? А, Сань?
— Апупея, а не эпопея.
— Здорово, что удалось обойтись без трупа. Вчера звонил Зуфар Алимыч, я доложился. Сказал, задание выполнено, французская гостья удовлетворена по полной программе.
— А он?
— Обозвал меня предводителем рамапитеков. Ты знаешь, кто это? Опять какая-нибудь гадость?
— Да нет, почему же, — улыбнулся Валдаев. — Довольно почетно. Посмотришь в словаре.
Настроение у парней было приподняты. Легкая грусть от расставания с Анн-Мари перекрывалась дикой радостью, что удалось-таки сбагрить опасную француженку и даже не сильно покалечиться при этом. Яркие солнечные лучи били сквозь лобовое стекло. Город утопал в багряной, ало-сизой, желтой листве. Кроны деревьев высились плотными разноцветными веерами.
— На Дипломатическом проспекте пробка, — сообщил Валдаев. Он давил кнопки радио, отыскивая музыку.
