Ты засмеялся и смущенно отвернулся. Золотые солнечные лучики играли на широких листьях и цветах тропических лилий. Высокие деревья отбрасывали причудливо перекрещивающиеся тени. Ты снял шапчонку и чуть замедлил шаг.
— Пойдем в парк, ладно?
Тхюи едва поспевала за братом. Под ногами играли солнечные блики, пробивавшиеся сквозь густую листву, которая слегка колыхалась от легкого ветерка. Декоративные искусно подстриженные сосны были посажены так, что образовывали фигуры драконов с четырехпалыми и пятипалыми лапами — таких драконов Тхюи видела на вазонах в саду мадам Жаклин. Деревья, которым умелые руки садовников придали форму цапель, застыли в гордых, величественных позах, павлины распустили хвосты рядом с бойцовыми петухами в роскошном ярко-зеленом оперении. И каждый словно присматривается со стороны к своему сопернику. Кажжется, вот-вот все они придут в движение, захлопают крыльями и с боевым кличем ринутся вперед. Торжественными рядами выстроились изящные карликовые сосенки. На густых зеленых кустах жасмина пламенели ярко-оранжевые цветы, источавшие одуряющий аромат. Кокетливо покачивали головками грациозные тюльпаны. Каменные скамейки словно тщательно вытерты, по бокам дорожек аккуратно уложены ровные ряды белой гальки — все камешки одинакового размера, подобраны тщательно, с любовью. Вот так же тщательно, бывало, мать готовила раствор синьки, чтобы придать белью, которое она брала стирать, ослепительную белизну.
— Ну как, красиво?
— Красиво, очень красиво! — поспешно ответил Ты и повел сестру к скамейке. — А кому этот парк раньше принадлежал?
— Никому. Это народный парк. Мой и твой, — ответила Тхюи и увидела, что у братишки глаза округлились от изумления.
Она купила две порции мороженого. Ты бегал от дерева к дереву и, слизывая мороженое, как зачарованный смотрел на пышное великолепие зеленого царства. А Тхюи между тем думала о том, что ей нужно постараться хорошо выполнить задание тетушки Ти. Ветерок ласкал лицо и волосы Тхюи, донося нежный аромат каких-то цветов. Садовники, так заботливо ухаживающие за парком, отлично знали, что лишь богачи могут позволить себе купить дорогие вазоны с изображениями драконов и павлинов, — вот почему они вложили так много искусства в этих драконов и павлинов из живых растений, которыми может любоваться каждый, кто захочет.
— Сестрица Тхюи, иди-ка сюда!
Тхюи оглянулась и увидела, что брат остановился возле большого дерева с неровной, шероховатой корой.
— Если хочешь что-то мне сказать, подойди ко мне сам! — ответила Тхюи, продолжая сидеть на каменной скамье.
— Да нет, ты тогда ничего не поймешь, подойди сюда, я покажу тебе что-то очень интересное! Ну подойди же, Тхюи…
Тхюи поднялась. Мальчик подбежал к ней, схватил за руку, нетерпеливо увлекая за собой к большому дереву. Вокруг колыхались зыбкие волны воздуха, напоенного ароматом цветов, согретых солнцем.
— Смотри-ка! Это — ты, а это — я!
Из сухой, шероховатой коры старого дерева пробились два крепких молодых побега, один был чуть-чуть побольше другого. Тхюи посмотрела на зеленеющие веточки, затем вопросительно взглянула на брата и задумалась… Прилетела стайка пестрых бабочек, которая привлекла внимание Ты. Тхюи хотела что-то спросить у брата и вдруг растерялась, пораженная смыслом того, что сказал ей брат, увидев два молодых побега. Тхюи никогда бы в голову не пришло такое! Бабочки причудливым хороводом кружились у ее плеча, трепещущие нарядные крылышки покрывал тончайший слой пыльцы. Тхюи взмахнула рукой — бабочки испуганно выпорхнули из-под ее руки. Она ласково и осторожно коснулась кончиками пальцев молодых побегов. И тут заметила большую бабочку удивительной красоты: изысканное сочетание темно-коричневого с ослепительно-белым, яркие светлые глазки на крылышках.
— Иди сюда, малыш! Смотри, какая красота! Попробуй-ка поймать ее, — крикнула Тхюи брату, который носился за стайкой бабочек.
Услышав голос сестры, Ты вздрогнул и, увидев красавицу в коричнево-белом одеянии, бросился за нею. Он гонялся за бабочкой, сбиваясь с ног. Тхюи уже не видела бабочку, а лишь различала мелькающую среди деревьев фигурку братишки. Наконец Ты удалось настигнуть бабочку, и вдруг, резко взмахнув рукой, чтобы поймать бабочку, он потерял равновесие и упал. Но тут же вскочил на ноги и с радостным воплем подбежал к сестре.
Его рука, державшая бабочку, слегка дрожала. Крылышки были чуть-чуть повреждены, и пыльца немного облетела, но и в таком виде бабочка была очень красива. На пухлых пальчиках брата остались следы, темно-коричневые и белые пятнышки…
— Надо ее усыпить, — мальчик едва переводил дыхание. — А потом я положу ее в книгу. Какая красивая! Ты ее увидела, а я поймал…
— Из-за одной бабочки вытоптал весь газон! — раздался вдруг укоризненный голос.
Ты оглянулся. Тхюи тоже повернулась, чтобы увидеть говорившего, и… оторопела. Перед ней стоял Кхиет!
— Кхиет! — вырвалось у нее.
— Тхюи!
