Ты закрыл книжку и лежал, о чем-то размышляя.
— Сестричка Тхюи, а ты почему не спишь? — тихо спросил он.
Тхюи не сразу ответила на вопрос брата.
— Я слушала разговор художника с женой.
— Ты слушала их? — Мальчик заморгал длинными ресницами, они были похожи на тычинки цветов, которые обычно растут по берегам прудов, они были и в садике тетушки Зьеу. Эти цветы называют «белыми бабочками» — когда налетает порыв ветра, длинные тычинки испуганно дрожат.
— Ты слушала их разговор? — вновь спросил Ты, и вдруг сказал: — А я подружился с сыном художника, с Зунгом. Он старше меня на два года. Хотел подарить мне свои старые игрушки, но я не взял… Боялся, что ты будешь недовольна… — Ты вопросительно посмотрел на сестру. — Мы с Зунгом часто болтаем о том о сем, он любит слушать забавные истории…
— Это какие же?
— Ну, например, про Дунга.
— А он не знает ее? Не может быть!
— Нет. Он от меня научился.
И Ты принялся быстро-быстро повторять скороговорку из книжки:
— Он вычерпал море и звезды пересчитал, он вырыл реки и деревьев насажал, он сделал горы до небес, на небо он по ним залез, еще ловил он птиц и крабов, удил он рыбу…
Тхюи попыталась повторить скороговорку про себя, но у нее не получилось. Как отнестись к этой дружбе? Она и сама не знала. Когда они с братом жили в чулане под лестницей в доме мадам Жаклин, Тхюи строго-настрого наказала брату не играть ни с хозяйским сыном Таем, ни с детьми других богатых людей, живших по соседству. И Ты ни разу ее не ослушался. Вот и теперь он не осмелился взять старые игрушки, которые хотел подарить ему друг, потому что не знал, как на это посмотрит сестра. Тхюи тихо сказала:
— Пожалуй, ничего плохого нет в том, что ты играешь с этим мальчиком. Если хочешь, возьми у него игрушки, но только всегда помни, что мы здесь совсем чужие, не забывайся…
Ты придвинулся к сестре и внимательно слушал каждое ее слово, наблюдая за мотыльками, летавшими вокруг уличного фонаря. Легкий ветер поднимал с дороги пыль и бросал ее прямо в лицо Тхюи и Ты.