– Господи, да у нас целых семь Джейков. С каким именно?
– С Уэллером, – гордо сказала я и ждала, что он скажет: «О, ты, наверное, Анника» – потому что Джейк, вероятно, все время говорил обо мне.
– Последний этаж. Третья дверь налево.
Джейк ответил на мой стук, и я улыбнулась, когда он быстро поцеловал меня в губы. Он никогда не делал этого раньше, и это заставило меня почувствовать тепло во всем теле.
– Привет, детка.
Он закрыл дверь и подвел меня к кровати. В комнате было еще трое парней, но Джейк, конечно же, попросит их уйти теперь, когда я пришла. В воздухе витал едкий запах дыма, но никто не держал в руках сигареты.
– Ты был прав, – сказал тот, что сидел за столом. Двое других сидели на кровати напротив нас. – Она горячая. А как насчет ее тела?
– Пока не знаю, – ответил Джейк. – Под этой мешковатой одеждой ничего не видно.
Все засмеялись. И я тоже, хотя и не знала почему. Если Джейку не нравилась моя одежда, Дженис ухватится за возможность помочь мне выбрать наряд, который ему понравится больше. Я сделала себе мысленную заметку попросить ее об этом.
– Я подумал, мы могли бы немного потусоваться, – сказал Джейк. – Чуток расслабиться.
Он держал в руке зажигалку «Бик», и я никогда не забуду скрежещущий звук, который она издала, когда он чиркнул колесиком и взметнулось пламя. Один из парней протянул ему стеклянную трубочку с маленькой чашечкой на конце, и Джейк направил в нее пламя и втянул дым в рот. Он передавал трубочку по кругу, и один за другим парни по очереди затягивались. Маленькая комната наполнилась дымом, и я закашлялась.
Кровать Джейка была придвинута к стене, и, когда они начали курить, он обнял меня, что было приятно.
– А теперь попробуй ты, – сказал Джейк, поднося трубочку к моему рту.
Я отрицательно покачала головой:
– Нет. Я не хочу.
Он пожал плечами и поднес трубочку к губам, но после того, как втянул дым, он сделал вид, что собирается поцеловать меня, но вместо этого выпустил дым мне в рот. Вкус у дыма был ужасный, и я закашлялась и начала отплевываться, а они смеялись. Но потом Джейк поцеловал меня снова, и это был тот поцелуй, которого я ждала всю свою жизнь, мягкий, нежный и сладкий. Каким-то образом во время поцелуя мы оказались почти горизонтально на кровати, а трубочка тем временем сделала еще один круг. Я должна была быть счастлива, но что-то шло не так, хотя я не могла точно понять, что именно. Я хотела, чтобы Джейк поцеловал меня снова, но только после того, как он скажет своим друзьям уйти. Несправедливо, что они не дают нам остаться наедине. Потом Джейк снова затянулся из трубочки, и когда он снова выпустил дым мне в рот, мне стало труднее сопротивляться, хотя я все еще не хотела этого.
Кто-то постучал в дверь, и один из друзей Джейка открыл ее. Я чувствовала себя странно, словно я парила и не могла понять, почему на пороге стоит Дженис.
– Да? – спросил Джейк.
Последовала долгая пауза, в течение которой никто ничего не говорил, а затем Дженис сказала:
– Мне нужно, чтобы Анника сейчас же пошла со мной.
– Она не хочет идти с тобой.
Он был прав. Я не хотела с ней идти. Или, может быть, хотела? Мне было так трудно упорядочить свои мысли.
Поцелуй был таким приятным, а вот травка и друзья Джейка – совсем наоборот.
– В ветеринарной клинике чрезвычайная ситуация. Им нужно, чтобы Анника пришла прямо сейчас. У нее дежурство.
Но нет! У меня же нет дежурства. Я бы никогда не согласилась пойти к Джейку, если бы у меня было дежурство, но, возможно, я забыла. На прошлой неделе привезли ястреба с поврежденным крылом, и я с пылом взялась за ним ухаживать, делая все возможное, чтобы вернуть птицу к жизни. Я была одной из немногих людей, которым он доверял. Когда я не ухаживала за Чарли, раненым опоссумом, то старалась кормить ястреба и обрабатывать его рану. Я села, что было нелегко, потому что мое тело внезапно стало очень тяжелым.
– Это ястреб?
– Да. Да, это ястреб, и ты должна пойти со мной прямо сейчас, потому что все тебя ждут.
Джейк положил руку мне на локоть.
– Ну же, ты уверена, что тебе нужно идти?
– Я должна. Это же ястреб.
Дженис пересекла комнату и схватила меня за руку, что было хорошо, потому что я никак не могла встать с кровати и держаться на ногах самостоятельно. У меня подкашивались ноги, и Дженис буквально выволокла меня из комнаты и вниз по лестнице.
Выйдя на улицу, она снова потянула меня за руку.
– Пошли. Мне пришлось припарковаться в конце улицы. Тут недалеко.
Казалось, мы прошли много миль, прежде чем она открыла дверь со стороны пассажирского сиденья и затолкала меня внутрь. Дженис обошла машину и села сама, но вместо того чтобы завести мотор, опустила голову на руль.
– Нам пора, – сказала я. – Меня ждут в клинике.
Но как я могу помочь ястребу, когда едва могу ходить?
– Тебя там не ждут. Мне просто нужно было вытащить тебя оттуда. Неужели ты не понимаешь, что там происходило?
Я думаю, можно было с уверенностью сказать, что я вообще ничего в происходящем не понимала.
– А что, по-твоему, там происходило? – спросила я.
– Точно не знаю. Я лишь знаю, на что это было
