Все самое замечательное находится в больших коробках, горячих, дымящихся коробках.Например... пицца.Пицца из ресторана моего папы «Перетти Пицца», которую я доставляю. Конечно же, это временная работа, лишь для того, чтобы оплачивать счета, пока я не окончу университет, но это сыграло со мной злую шутку. Вообще-то все шло замечательно до тех пор, пока Райан Пирс из «Миннесотских звезд» не решил заказать пиццу. В тот самый момент моя жизнь перевернулась с ног на голову.Дело в том, что Райан Пирс не просто открыл дверь, чтобы забрать пиццу, он открыл дверь полностью голый. И тут вдруг оказалось, что я вовсе не могу похвастаться большой и горячей коробкой с пиццей — он меня переплюнул. Дальше — больше, каждый раз, когда у меня звонил телефон, бабочки плясали в животе. Райан стал звонить, затем писать, в общем пятнадцать доставок пиццы, а затем одна фантастическая ночь, в итоге — мы друзья, которые иногда шалят в постели.Когда он попросил меня притвориться его девушкой на свадьбе брата, я была рада помочь. Но чем больше мы притворялись, тем больше я волновалась, что именно с этим заданием я не справлюсь.
Переводчик: Анастасия Калинюк
Редактор: Елена Теплоухова
Вычитка: Ксюша Попова
Русификация обложки: Александра Волкова
— Мне нужна улыбающаяся пицца! — прокричал мой папа, известный всем в городе как папа Перетти, руководящий пиццерией — нашим маленьким семейным бизнесом. — Поехали, Анджела, не заставляй людей ждать. Выплюнь жвачку изо рта и принимайся за работу.
Я посмотрела на Анджелу, которая вместо ответа закатила глаза. Здесь, в пиццерии «Перетти», как всегда напряженная рабочая обстановка. Маленький семейный бизнес, и, к сожалению, я являюсь частью семьи.
Анджела тоже часть семьи — она моя двоюродная сестра, и мы с ней разработали свой собственный язык жестов, поэтому я прекрасно поняла, что она имела в виду, когда закатила глаза. С таким отцом, как Папа Перетти, это просто необходимо.
— Я могу доставить этот заказ, — сказала я, подняв руку вверх. — Ты готовишь, Андж.
Анджела выплюнула жвачку в мусорное ведро, вымыла руки и принялась за тесто:
— Улыбающаяся пицца? Да кто вообще заказывает улыбающуюся пиццу?
Папа Перетти упер руку в бок:
— Ну, например, парень, который хочет удивить свою возлюбленную, поэтому сделай ее романтичной.
Анджела приступила к работе, выкладывая на тесто колбасу, пепперони и базилик. Моя сестра невысокого роста, полноватая, с дерзким характером. Если кто-нибудь когда-нибудь решит создать ремейк на «Джерси Шор»[1], она будет первой в списке претендентов на главную роль.
Многие бы забеспокоились из-за ее оранжевой кожи, но я-то знаю, что она пшикается спреем для загара два раза в неделю, отсюда этот странный блеск. Теперь волосы или, если быть точной, гнездо. На ее волосах так много лака, что его хватит, чтобы спалить это место дотла, а на ощупь они вообще каменные.
— Готово, — сказала Анджела, протягивая улыбающуюся пиццу. Она посмотрела на меня, улыбнулась и подмигнула. — Энди, как думаешь, девчонка заведется от этого?
— Анджела, следи за языком, — произнёс мой папа. — Это семейный бизнес, и я не потерплю подобных разговоров.
Я совершенно не хотела слушать, как папа и Анджела спорят о том, можно ли произносить слово «завелась», поэтому взяла пиццу и быстро выбежала на улицу.
Затем вбила адрес, указанный в заказе, в навигатор, села в старенькую «Тойоту-Камри», которую папа десять лет назад отдал мне как машину для работы. Вообще, это мой личный автомобиль, но папа платит страховку и не устает напоминать, что в первую очередь это машина для работы. Машину я всегда оставляю в переулке за пиццерией, там ей ничто не угрожает.
Наша пиццерия расположена в старом, разрушающемся кирпичном здании в таком районе, где в среднем совершается три грабежа в неделю, но вся семья Перетти вовсе не напугана криминальной статистикой. Более того, это нас ни капельки не волнует, потому что мы практически каждую ночь оставляем пиццу на ступеньках пиццерии. Это наша маленькая страховка, и, похоже, грабителям такое нравится, ведь они нас ни разу не навестили.
Пока навигатор строил маршрут, я открыла коробку с пиццей и посмотрела на улыбающееся лицо в соусе маринара. Глаза из пепперони подмигивали мне; стыдно признаться, но именно это я вижу каждый день в течение последних нескольких месяцев.
Тем не менее, я подмигнула пицце в ответ.
Наконец прекрасная GPS-леди построила маршрут, и оказалось, что мне надо ехать в Лос-Фелиз, престижный квартал на окраине Лос-Анджелеса. Уже, наверное, в сотый раз я подумала о том, что надо бы сменить женский голос в навигаторе, говорящий с английским акцентом, на что-нибудь более приличное, но опять оставила все как есть. Моя мама умерла пару лет назад, а папа очень одинок, и я начала подозревать, что ему нравится этот причудливый, успокаивающий женский голос в навигаторе.
Я гнала как сумасшедшая. На сегодня это была моя последняя доставка, после нее я собиралась на шоу. Чем быстрее я доставлю эту пиццу, тем скорее окажусь в «Камеди Клаб».
Всю свою сознательную жизнь я мечтала стать комедианткой, леди-комик — звучит гламурно, не так ли? Что ж, позвольте вас заверить, это не так. Пока что я не возымела успеха у публики, а потому выступаю в захудалых барах, принимаю участие в ночных шоу и снимаюсь в фильмах, которые никогда не покажут на большом экране.
Через сорок минут я проехала через адскую бездну, известную как автомагистраль 405, и припарковалась у бордюра здания, координаты которого мне выдал GPS, затем решила перепроверить адрес... я проверила еще раз, потому что это точно какая-то ошибка.
Дом, рядом с которым я стояла, просто долбанный особняк. Да быть не может, чтобы кто-то в этом чертовом особняке решил заказать пиццу «Перетти». Мы делаем отличную пиццу, правда: моя семья делает пиццу с тех пор, как прадедушка Перетти приплыл из Сицилии. Но мы готовим ее как обычно, никакого дерьма, как в Санта-Монике, в нашу пиццу не попадает, а под дерьмом я подразумеваю всякие авокадо и листики салата.
Я взяла телефон и позвонила Анджеле.
