Девушка из службы доставки (ЛП) полностью

К счастью, она нормально на все отреагировала. После того, как мы загрузили Лоуренса и остальных в машину Томми и отправили всех домой, я предложил Энди сходить перекусить куда-нибудь. Она хорошо ориентировалась в этом районе, поэтому позвала пойти поесть тако.

Я люблю тако, но даже представить себе не мог, что мне понравится тако из тележки. Правда, я не шучу — прямо на улице за тележкой стоял небольшого роста человечек и переворачивал на гриле мясо и другие штуки, напоминающие еду. И если бы мне пришлось угадывать, как подхватить сальмонеллу, я бы предположил, что достаточно лишь вдохнуть аромат масла, на котором все это жарилось.

Но Энди настаивала, что тако здесь великолепный, она всегда приходит сюда после шоу, и еще ни разу ей не было плохо. Откусив один кусочек от тако, я понял, что пропал.

— Если завтра я заболею, — сказал я Энди, глотая наивкуснейший тако, — то это стоило того, ну... почти.

Она снова рассмеялась и украла один тако у меня из коробочки. Я наклонился, чтобы откусить кусочек, но она в самый последний момент переместила тако и положила его себе в рот... весь. Я взял ее за талию, нежно провел рукой по ее прекрасным бедрам, пока она дразнила меня своими губами.

Эта девушка была просто раем. На вкус она как рай, от нее пахло раем, и вообще, она походила на ангела... я не мог представить, что будет, когда мы наконец претворим в жизнь поправку Энди в наш договор. Электричество между нами было жарче шипящей кастрюли с маслом, стоящей на тележке с тако.

— А ты хороша, — пробормотал я, не желая убирать губы от ее губ. — Я бы сразился с тобой за тот тако, но, похоже, ты обменяла его на то, что мне больше по душе.

Энди улыбнулась, затем отстранилась и, подмигнув мне, вновь откусила мой тако:

— Ага! Ты попался!

Я схватил ее, она громко закричала на всю улицу. Но мне было наплевать, слишком весело, чтобы о чем-то беспокоиться. Энди попыталась убежать от меня, но я удержал ее за талию, перекинул через плечо и откусил тако, нежно пробежавшись пальцами по грудной клетке.

Энди извивалась и выкрикивала разные ругательства, пока я нес ее как пожарный — на плече. Она мало весила; я почти уверен, что некоторые буррито тяжелее ее. Вся эта ситуация унесла мои мысли в спальню.

Я воображал, как сжимаю ее бедра, скольжу пальцами по ее нежной коже, как кладу ее на диван, на барную стойку, на... черт, да куда угодно. Она настолько легкая, что я мог нести ее, придерживая лишь одной рукой.

От этих мыслей мои боксеры пошли по швам, а я все еще нес Энди на плече. Она перестала извиваться и теперь просто уперлась локтем мне в спину и, вероятнее всего, надула губки.

— Эй, — сказала девушка, когда мы уже прошли полквартала, и хлопнула меня по голове. — Хочешь кусочек моего тако?

Я замер на месте:

— Что ты сказала?

— У меня еще остался один, — рассмеялась она. — Хочешь? Я уже наелась.

Мне нужно было немедленно увидеть ее улыбку, даже больше, чем дышать. Стремление держать ее, прижимать к себе и целовать все нарастало. Я перекинул Энди с плеча себе на руки, посмотрел на нее, на ее лице мелькнуло удивление.

Она держала наполовину съеденный тако двумя руками, пока я качал ее на Голливудском бульваре среди бомжей, туристов и ночных торговцев. Меня не волновало, кто видел нас. Пусть папарацци. Пусть Джослин смотрит.

Я не мог просто дружить с этой девушкой. Я не смеялся так, не веселился так — веселился! — с тех пор, как мне было пять лет и мы с братьями стреляли по мишеням. Быть друзьями — не вариант. Я нуждался в большем.

Только я собрался сообщить об этом Энди, как она обняла меня за шею и поцеловала очень нежно и сладко. Такого поцелуя у меня еще никогда в жизни не было. Это мед, намазанный на зефир, просто верх сладости, я не мог справиться с этим. Я до боли хотел ее, так сильно хотел, что у меня вырвался стон.

— Милая, может, мы отправимся куда-нибудь еще? Безлюдное место будет предпочтительней.

В ее глазах горело, нет, тлело желание:

— Пожалуйста.

Я вытащил телефон, не осмеливаясь отпускать Энди на землю, не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Нажал на кнопку «Вызвать Убер». Экран показал, что машина прибудет через три минуты. Три гребанные минуты — боже, я не мог столько ждать... но, мне кажется, придется, потому что она выскользнула из моих объятий.

— Секунду, — сказала она. — Через сколько приедет Убер?

Я ответил ей, что через пару минут, и затем смотрел, как она побежала обратно к тележке с тако. Энди помахала несколькими долларами перед носом у продавца, купила еще тако и вернулась ко мне. Я ничего не сказал ей, потому что мне нравилось — на самом деле нравилось, — что она может есть тогда, когда захочет. Несмотря на то, что она весила вполовину меньше меня, она съела такую же порцию тако. Я был впечатлен.

— Это не мне, — объяснила девушка, глядя мне прямо в лицо.

Очевидно, мне не удалось скрыть удивление.

Энди подбежала к почтовому ящику перед клубом: