Зловещее темное озеро, неподалеку от которого проходили съемки, актрисе Лионелле Баландовской сразу не понравилось. Старинная легенда гласила, что много веков назад в нем утонула девушка-воин Варвара, а ведь именно ее роль играет Лионелла в новом фильме! Дурные предчувствия оправдались – работа была сорвана, и актеров разместили в пансионате на берегу озера. И той же ночью там произошло убийство пожилой артистки, а Лионелла оказалась главной подозреваемой. Не стоило ей выходить на позднюю прогулку в этих темных и мрачных местах…
© Князева А., 2018
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018
Путь княжеских дружинников из Торжка к Новому городу, где княжил князь Олекса Ростиславич, пролегал через лес. Сам князь, в крытом зипуне да в собольей шапке, ехал на гнедом скакуне Кудряше. Впереди него двигался боярский сын Бронеслав, позади на рыжей кобыле трусил дядька Досифей. Их сопровождали полтора десятка верных дружинников.
В лесу быстро темнело. Отряд конников перешел на рысь, стараясь держаться как можно ближе друг к другу, однако, выехав на хрупкую поверхность болотца, всадники сбавили ход и растянулись в цепочку. Тонкий лед опасно потрескивал. Вскоре отряд снова оказался в лесу, и копыта лошадей погрузились в рыхлый ноздреватый снег.
Олекса громко позвал:
– Эй, Бронеслав!
Тот придержал коня:
– Слушаю, княже.
– Возьми трех дружинников да скачи вперед. Кажись, заблудились. И посмотри – нет ли где татар.
– Кого взять-то?
– Бери кого пожелаешь.
– Дядьку Досифея дозволишь? – спросил Бронеслав.
– Зачем он тебе?
– Старый черт вроде филина – мышь в темноте заметит.
– Бери, если нужен, – ответил Олекса.
Бронислав поднял руку и выкрикнул:
– Досифей! Степан и Вавила! Айда за мной!
Он первым ускакал в темноту, за ним – трое других.
Отряд во главе с князем Олексой неспешно продвигался вперед. Над лесом встала полная луна, в ее свете и отблеске белого снега легко распознавалась окрестность и торился путь между деревьями.
Вскоре лес поредел, впереди показалась река. Кудряш вдруг заржал, присел на задние ноги и шарахнулся в сторону.
Князь натянул повод и гикнул:
– Стой, чертушка! Не балуй!
Однако, оглядевшись, увидел у кромки леса всадников. Они сгрудились в кучу и наблюдали за княжеской дружиной.
Олекса подал знак своим воинам, повелевая остановиться.
– Кто такие?! – крикнул он, обращаясь к молодому пареньку, возглавляющему отряд конников.
Тот лихо ответил:
– Мы – люди посадские!
– Откуда будете?
– Из Новь-города!
– Врешь! Новгородские ночью за городской сторожей, в домах своих спят.
– Правду говорю! – крикнул незнакомец и спросил задиристо: – Тебе-то какая забота?
Один из княжьих дружинников вытащил из ножен меч и подался вперед:
– Довольно! Знай, против кого говоришь!
Князь остановил его властным окриком:
– Стой, Кондрат! Дай мне поговорить с юношей неразумным.
Развернув коня, Кондрат отступил со словами:
– Смерд сиволапый!
– Кто таков? – Князь обратился к предводителю небольшого отряда.
Тот с вызовом ответил:
– Раб божий!
– Добро… – пробормотал Олекса в усы и, усмехнувшись, громко сказал: – Видать, дело твое нечисто, ежели супротив меня лаешься!
Но даже после таких его слов дерзкий юноша не смутился и спеси не убавил:
– Езжай своей дорогой, не спрашивай!
Его спутники перестроились, и в свете яркой луны в их руках блеснули стальные клинки.
– Прикажи, княже… – гарцуя на коне, взмолился Кондрат.
Но в тот же миг у княжеского уха просвистела стрела и вонзилась в дерево. Вторая стрела, такая же трехгранная, красная, впилась в шею дружинника. Схватившись за шею, Кондрат рухнул на снег.
Кто-то крикнул:
– Татары!
Олекса обернулся и увидел, что с болота на маленьких лохматых лошадях к ним скачут всадники. С диким гиканьем, с копьями наперевес они мчались по неглубокому снегу.
– К бою! – крикнул князь и скинул с себя меховой зипун.
Дружина развернула коней. Татары вылетели на освещенную лунным светом поляну, остановились и пустили в дружинников стрелы.
– Рази окаянных! – Олекса выхватил из ножен меч и первым бросился в бой. Вскоре он и его дружинники сшиблись с татарскими воинами.
На Олексу налетел огромный татарин, но князь изловчился и отрубил ему руку вместе с ятаганом, сшиб татарина с лошади, и Кудряш втоптал его в снег. Следующего, кто подвернулся, Олекса разрубил до самого пояса.
Татары то рассыпались, словно отступая до края поляны, то вновь бросались в бой: рубились и кололи острыми пиками.
Дружинники сгруппировались в центре поляны спиной к спине, отбивая налеты противника. Трое из оставшихся в живых уже потеряли коней и сражались пешими. Отчаянно звенели мечи, свистели стрелы, умирая, кричали раненые. Испуганные кони спотыкались о трупы убитых и, падая, калечили своих седоков.
В жестокой схватке полегло немало воинов, но татар в живых осталось больше, чем русских.
– Держитесь, други! – Олекса рванулся в сечу и направил Кудряша в гущу татар.
И снова – лязг железа, визг татар, лошадиное ржание, крики раненых. Прямой длинный меч сверкал в княжеских руках, когда, не удержавшись в седле, Олекса рухнул на снег. Готовясь к смерти, князь вдруг увидел, что к месту боя скачет отряд во главе с дерзким юношей. Мальчишка мощно вклинился в ряды татар. Гибкий, быстрый, в глухом кожаном шлеме, он ловко рубился, отражал удары вражеских сабель и подбадривал своих воинов, сверкая горящими очами:
