Блумквист знал, что Лисбет вряд ли испытывала недостаток средств. Воспользовавшись своими хакерскими способностями, она украла баснословную сумму в несколько миллиардов крон. Даже сама Лисбет не подозревала, что ему это известно. Если не считать того случая, когда Микаэль, с согласия Лисбет, был вынужден рассказать Эрике Бергер о ее компьютерных талантах, он никогда никому не открывал этой тайны.
Блумквисту не хотелось верить в причастность Лисбет к убийству. Сам он был перед ней в неоплатном долгу. Она спасла ему не только жизнь, когда Мартин Вангер собирался убить его, но и его профессиональную карьеру, а может быть, и журнал «Миллениум», поднеся ему на блюде голову финансиста Ханса Веннерстрёма.
Подобное обязывает. Микаэль чувствовал себя преданным Лисбет Саландер. Виновна она или нет, он сделает все возможное, чтобы помочь ей, когда, рано или поздно, ее схватит полиция.
С другой стороны, Микаэль признавал, что ничего о ней не знает. Многословные психиатрические заключения, тот факт, что она принудительно была госпитализирована в одну из самых известных психиатрических лечебниц Швеции и что ее даже признали недееспособной, являлись весомыми признаками того, что с нею не все в порядке. Высказываниям Петера Телеборьяна, главного врача психиатрической клиники Святого Стефана в Уппсале, было уделено много места в печати. Из соображений врачебной этики он не высказывался конкретно о Лисбет Саландер, а много говорил о недостатках в лечении психически больных. Он считался признанным экспертом-психиатром не только в Швеции, но и в мире. Его высказывания были очень убедительны и проникнуты симпатией к жертвам и их семьям. Не вызывало сомнения, что он озабочен благополучием Лисбет Саландер.
Микаэль подумал, не связаться ли ему с Петером Телеборьяном и не заручиться ли как-то его помощью. Но потом отказался от этой идеи, решив, что Телеборьян еще будет иметь возможность помочь Лисбет Саландер, когда ее поймают.
Он пошел в кофейный уголок, налил себе кофе в кружку с логотипом партии умеренных и направился в кабинет Эрики Бергер.
– Я составил длинный список клиентов и сутенеров, с которыми надо поговорить, – начал он.
Эрика озабоченно кивнула.
– Потребуется одна-две недели, чтобы пройти по всему списку. Они сильно рассеяны, от Стренгнеса до Норрчёпинга. Мне нужна машина.
Она открыла сумочку и вынула ключи от своего «БМВ».
– Тебе это не доставит неудобств?
– Конечно, нет. Я часто езжу на метро, а если уж понадобится, возьму машину Грегера.
– Спасибо.
– С одним условием.
– Каким?
– Некоторые из этих типов – настоящие подонки. Если ты собираешься обвинять сутенеров в убийстве Дага и Миа, то я хочу, чтобы ты взял и всегда держал у себя в кармане куртки вот это.
Тут она положила на стол аэрозольный баллон со слезоточивым газом.
– Откуда это?
– Купила осенью в США. Не ходить же мне безоружной по ночам.
– Ну, мне мало не покажется, если я это использую, а потом попадусь за незаконное владение оружием.
– Лучше это, чем твой некролог, который мне придется писать. Микаэль… не знаю, понимаешь ли ты, как я иногда беспокоюсь за тебя.
– Ну что ты…
– Ты часто рискуешь и упрям, как осел, не желающий отступиться от своих глупостей.
Микаэль улыбнулся и подвинул баллончик обратно к Эрике.
– Спасибо за заботу, но мне это не нужно.
– Микке, я требую.
– Не беспокойся, я уже подготовился.
Сунув руку в карман, он что-то вытащил. Это был баллончик со слезоточивым газом, тот самый, что он нашел в сумке Лисбет Саландер и с тех пор держал при себе.
Бублански постучал в дверную раму открытого кабинета Сони Муберг, вошел и сел в кресло для посетителей у ее письменного стола.
– Ноутбук Дага Свенссона, – сказал он.
– Я тоже о нем думала, – отозвалась она, – и уже составила почасовую роспись последних суток в жизни Свенссона и Бергман. Там все еще остаются пробелы. Даг Свенссон в тот день не был в «Миллениуме», но много ездил по городу, а в четыре часа встретился со своим однокурсником. Это была чисто случайная встреча, и они посидели в кафе на Дроттнингатан. Приятель с уверенностью утверждает, что у Дага Свенссона был компьютер в рюкзаке. Он видел его и даже что-то сказал в связи с этим.
– В одиннадцать вечера, после убийства, компьютера в квартире не оказалось.
– Именно так.
– Какие отсюда выводы?
– Может, он был еще где-то и по какой-то причине оставил там компьютер.
– А велика ли вероятность этого?
– Мала. Но он мог отдать его в починку или на техобслуживание. А может быть, у него было еще одно место для работы, о котором мы не знаем. К примеру, раньше он арендовал письменный стол для внештатных корреспондентов в районе Санкт-Эриксплан.
– Допустим.
– Еще есть шанс, что компьютер унес убийца.
– Арманский говорил, что Саландер прекрасно владеет компьютерной премудростью.
– Ага, – кинула Соня Мудиг.
– М-м… Блумквист считает, что Даг Свенссон и Миа Бергман были убиты из-за расследования, над которым работал Свенссон, а значит, оно хранилось в его компьютере.
