– Благодарю вас за то, что вы смогли подключиться за такое короткое время, – произнес Хоторн, и остальные руководители кивнули.
– Само собой, господин верховный глава, – сказала женщина с туго стянутыми в пучок волосами.
Она была руководителем института в Каире. Остальные присоединились к ней, произнеся пару слов в том же духе.
У меня мурашки пробежали по коже. Я впервые осознала, насколько руководители кураториумов подчинились Хоторну. До этого все десять руководителей находились на одном уровне и решения принимались только тогда, когда
Хоторн оперся локтями о письменный стол и сложил руки в замок:
– Как вы все знаете, неспокойные времена остались позади. Сначала мы пережили предательство в собственных рядах. К именам Бэлиена Треверса и Элейн Коллинз мне больше нечего добавить. Затем это открытие зон на восьми территориях… С тех пор мутанты ринулись в незащищенные районы и захватывают все, что встречается им на пути. И наконец, – Хоторн сжал зубы, – падение Мехико‐Сити и Токио под натиском террористов «Красной бури».
Хоторн сделал паузу. Взгляды остальных руководителей были сосредоточены и полны беспокойства.
– Новый предводитель «Красной бури» все еще не показал нам свое лицо, но от этого опасность только увеличивается. Мы не знаем, кто стоит у руля, мы не знаем, чего он хочет. Мы только знаем, что «Красная буря» несет хаос и страдания, где бы она ни появилась. Даже внешне мирный «Зеленый трепет» под руководством Натаниэля Джиллеспи вот уже несколько недель осаждает наши города. Грундеры воруют наше сырье, препятствуют импорту и экспорту и при этом еще осмеливаются вступать с нами в переговоры.
Один из генералов презрительно фыркнул, но Натаниэль поднял руку, призывая того к тишине.
– Мои уважаемые руководители, – продолжил Хоторн. – Я знаю, что последние недели потребовали от вас и ваших подчиненных много сил. Каждый из нас кого‐то потерял – коллег, друзей, семью. Я сам оплакиваю потерю своего сына, погибшего в борьбе с Треверсом и Коллинз.
Хоторн замолчал на несколько секунд, в то время как остальные руководители сочувственно кивали головами.
Я отвернулась. В последние недели я запретила себе думать о Хольдене Хоторне. О том, как он умер. И о том, какую роль в этом сыграла я.
– Я благодарен вам, – продолжал Хоторн, – а также вашим вихревым бегунам, вашим охранникам зон, вашим штурманам – каждому, кто посвящает нашему делу каждый день своей жизни. Я обещаю вам, что ваши жертвы были не напрасны. Потому что это ваш вклад, который дает нам дополнительное время для того, чтобы стать хозяевами положения. И мы таковыми обязательно станем!
Хоторн убрал руки со стола и поднялся. На экране появились две фигуры, и я чуть не упала, когда я поняла,
– Это невозможно, – услышала я голос Бэйла.
Но это было так. Потому что перед нами на экране предстали Мия Розе Ланкастер и Тревор Оглби. Вплоть до этой секунды я думала, что их жизни на моей совести.
На Треворе была гладкая синяя униформа бегуна, но выглядел он не таким, каким я его помнила. Крупный, мускулистый парень с короткострижеными волосами вернулся из нашего совместного путешествия с явными повреждениями. Левую сторону его лица покрывали тяжелые ожогами, а левый глаз закрывала повязка. И только мрачное выражение его лица, полное решимости, осталось прежним. Я вспомнила, как сильно Тревор ненавидел мутантов.
Мия, напротив, казалась воплощением света. На ней была униформа, которой я еще никогда не видела. Она переливалась оттенками золотого: иногда выглядела почти черной, как униформа охранника зон, а иногда сверкающей, как отполированный золотой слиток. Ее платиновые волосы были искусно заплетены в косу, ее губы были накрашены розовой помадой. Мия сладко улыбнулась, попав в объектив камеры.
Хоторн положил одну руку на плечо Мии, другую – на плечо Тревора.
– Что стоит за этими двумя отважными молодыми бегунами, вы все уже знаете. Вместе с моим сыном они путешествовали через вихри с места на место и сквозь время. И вот они снова вернулись к нам со свежими силами. Эта девушка… – Хоторн подтолкнул Мию вперед, – будущее кураториума. Она – первая в новом поколении вихревых бегунов.
Все руководители слегка наклонились вперед, их лица выражали любопытство. Хоторн еле заметно кивнул Мии. Та, немного нервничая, вытянула вперед свою руку и…
Я не поверила своим глазам. Я не могла в это поверить!
Между пальцев у Мии возникло мерцание, сначала очень слабое, но становившееся все ярче.
Она явно напрягала все свои силы. Ее пальцы дрожали от напряжения, лицо покраснело, а вихрь, появившийся у нее в руке, был размером с тарелку, не более. И все же.
Мия создала вихрь.
