Асуна позвала его, чувствуя, как задрожал её голос. Расстояние между ними было небольшое. Кадзуто повернулся и посмотрел на неё. Он вяло улыбнулся ей, произнеся её имя с облегчением и счастьем, будто Асуна была единственным существом в этом мире, которое он желал увидеть. Словно эта маленькая встреча подарила ему желание жить.
Асуна снова вежливо позвала его по фамилии, спросив о самочувствии. Еле стоя на ногах, он упал в её объятия и молодая женщина с волнением прижала его к себе. Чувство глубокой тоски отдалось в её теле лёгким покалыванием. Асуна не подозревала, как сильно хотела вновь почувствовать тепло его тела. Кадзуто била едва заметная дрожь. Он был намного горячее, чем Юки помнила. И когда она коснулась рукой его лба, он тихо вздохнул.
У него был жар.
Может из-за него у Кадзуто помутился рассудок, только вот даже если это и так, Асуна не хотела выпускать его из своих объятий.
Парень бормотал какие-то глупости, но её сердце только билось сильнее.
Молодая женщина чувствовала, как силы постепенно оставляют её. Кадзуто по-прежнему был слишком тяжёлым для неё. Юки заприметила недалеко от себя широкое кресло и осторожно усадила в него Кадзуто, сев рядом. Он попросил позвать его по имени, будто сейчас был не здесь, словно он был тем самым Кадзуто из её снов. И Асуна не успела соскучится по его объятиям, как парень сам уронил голову к ней на грудь, отчего молодая женщина могла только придержать его за голову, массируя её.
Она чувствовала, как он улыбался.
Асуна не хотела думать о том, что этот момент ей напоминал одно из самых страшных её событий. Когда она держала Кадзуто, раненого бывшим членом гильдии Хохочущего Гроба, на коленях. Тогда он так же слабо улыбался ей.
— Я тебя так сильно люблю. Прости меня, — слабо прошептал Кадзуто.
Нет, только не снова! Только не так!
Асуна тихо прошептала его имя, сдерживая нахлынувшие слёзы.
Она не хотела его терять!
Асуна вновь позвала его по имени так, чтобы он точно услышал, умоляя прийти в себя и продержаться ещё немного.
Сразу же после этого подошедшие медики уложили Кадзуто на кушетку, позволив Асуне сопровождать его до больницы.
Кадзуто Киригая не умирал, но он должен был пройти лечение в больнице. Выбрав палату, рассчитанную на одного пациента, Асуна была готова оплатить счета, но на стойке регистрации потребовали для начала присутствие опекуна. Юки быстро набрала сообщение Шино и отправила его.
И лишь войдя в палату к Кадзуто, впервые за весь день она смогла спокойно выдохнуть. Худшее позади. Ему обязательно помогут.
Тишину в палате нарушал только прибор, тихо пикающий с каждым ударом сердца пациента.
Асуна постояла лишь мгновение, прежде чем сесть на стул, стоящий впритык к больничной койке.
Асуна взяла болезненно бледную, и, как казалось только ей, костлявую руку мужчины, лежащего перед ней, и слегка сжала её.
— Больше не поступай так безрассудно. — Молодая женщина закрыла глаза, глубоко вздохнув. — Ты заставляешь меня беспокоиться, будто между нами ничего не случилось четыре года назад. — Асуна с тоской посмотрела на Кадзуто. — Ты так стараешься закончить устройство, что в конечном итоге сотрёт память о тебе. Ты не можешь знать, зачем оно создавалось с самого начала, но мне больно, что ты тратишь всего себя на него, так рискуя собой. — Она замолчала, обдумывая свои следующие слова, будто её собеседник мог услышать и понять всё то, что Асуна собирается сказать. — И твоё «прости», кому ты его говорил? Кого ты видел перед собой, когда говорил, что любишь меня? — Она нахмурилась и сильнее его руку. — Киригая Кадзуто, ты заставляешь меня думать о тебе в тот момент, когда я только начиная свою новую жизнь без тебя. Тебе не кажется, что ты поступаешь жестоко по отношению ко мне, или ты так жаждёшь женского внимания, что тебе не хватает одной только Шино-сан? Запомни, Кадзуто, если ты причинишь боль ещё и ей, я ни за что тебе этого не прощу.
Асуна резко выпустила руку Кадзуто, будто та была невероятно горячей, встала со стула и подошла к окну. Открывшаяся перед ней панорама города заставила мышцы её лица расслабится, и она задумчиво стала наблюдать за неспешным движением облаков.
— Мамочка, как папа? — Асуна почувствовала невесомое прикосновение к своей руке и обернулась. Перед ней стояла её виртуальная дочь. Вернее, всего лишь голографическое изображение девочки. Но даже так, сердце Асуны пропустило удар и она прижала Юи к себе настолько, насколько нынешние технологии позволяли ей это сделать.
— Он скоро должен прийти в себя, — пробормотала молодая женщина в волосы девочки.
— Я не хотела прерывать ваш с папой разговор. И не хотела тебя обманывать, — виновато ответила Юи. — Я следила за папой ровно до того момента, прежде чем он отключил Аугму. Папин не был настроен на меня. И я виновата перед ним. Я никому не сказала, что он с головой ушёл в работу и совсем перестал следить за собой.
— Юи, ты не виновата ни в чём. Твой папа уже взрослый мужчина, который умеет следить за собой.
— Но без мамы он перестаёт быть таким!
