Вид водителя, который таращился на нас с открытым ртом в боковое стекло, никак не скрывал его чувства о нашей незапланированной вечерней поездке.
Мы сбавили скорость, и скоро я поняла, что можно не держаться так крепко. Я отпустила талию мужчины и расслабилась. Через несколько миль мои мысли прояснилось. Все, что так долго крутилось у меня в голове, больше не имело значения. Я, наконец, впервые ощутила вкус настоящей свободы.
Когда мы проезжали вдоль побережья, на меня подул вечерний прохладный ветерок. Я закрыла глаза и сделала медленный глубокий вдох.
— Ты в порядке? — крикнул Лэс.
— Мне нравится, — ответила я. — Это потрясающе!
Он снизил скорость до комфортного темпа. Громкий звук мотоцикла изменился до низкого гула, но возбуждение никуда не делось. Лэс откашлялся:
— Ты любишь пончики?
Он что и правда, спросил, люблю ли я пончики? Нет, наверное, мне послышалось из-за шума ветра и громкого двигателя.
Я наклонилась к его уху:
— Что?
Он повернул голову в сторону, и его борода коснулась моей щеки.
— Пончики. Тебе они нравятся?
Это странный вопрос, особенно от байкера. Я не смогла сдержать улыбку.
— Я люблю пончики.
— В Лос-Анджелесе есть отличное место. Доедем за два часа.
Сейчас я не могла представить ничего лучше поездки на его мотоцикле. Хотя сомневалась, что какое-либо кафе с пончиками будет открыто ночью.
— Они работают так поздно?
— Настоящие кафе с пончиками открыты круглосуточно.
Он был очень взволнован. Я решила подыграть ему:
— А это настоящее место?
— «У Рауля»? — он рассмеялся. — Реальней некуда. Даже Тони Старк ест пончики там.
Интересно, почему он вспомнил «Железного человека», но я решила расспросить его об этом позже.
— Келли будет злиться.
— Забей на Келли! — рявкнул он.
Мои губы растянулись в улыбке.
— Давай сделаем это!
Лэс оказался бунтующим байкером с любовью к ночной охоте за пончиками. На удивление я чувствую странное спокойствие рядом с ним. Ну, по крайней мере, он не был пицца-мудаком.
Я сразу узнала забегаловку с огромным декоративным пончиком на крыше, которую не единожды видела в кино, музыкальных клипах и телевизионных шоу. Пока мы ждали в очереди, я показала рукой на вход:
— Я видела это место в кино.
Лэс взъерошил свои короткие темные волосы, которые спутались под шлемом. Вновь довольный своей внешностью он повернулся ко мне.
— Она здесь уже лет пятьдесят, — сказал он, — и, по словам многих, тут лучшие пончики во всех Штатах.
— Серьезно?
Он усмехнулся:
— Честное слово.
— Сомнительно, — я осмотрелась и прошептала еще одно замечание: — Однако, она вроде как почти по соседству.
— Технически это не Лос-Анджелес, а Инглвуд, — тихо проговорил он. — Ты когда-нибудь слышала о Комптоне?
— Комптон? Да. «Прямиком из Комптона», N.W.A, Dr. Dre, Айс Кьюб, Снуп Догг…
— Ты поняла. Он где-то в шести кварталах отсюда.
— Серьезно?
— Честное слово.
— Ты отсюда?
Он покачал головой:
— Нет, я живу примерно в четырех часах на север отсюда. Хендерсон, штат Невада. Прямо за пределами Вегаса.
— Но ты был здесь раньше?
— Я приезжал сюда время от времени, — сказал он. — Возможно, ты меня не расслышала. Лучшие. Пончики. В Штатах.
— Да, я слышала тебя, — ухмыльнулась я и наклонилась к нему ближе. — Нам безопасно быть здесь?
Он громко рассмеялся, а потом, затаив дыхание, покачал головой:
— Я похож на того, кого можно легко запугать?
Он был похож на плохого байкера. Все его руки покрыты татуировками, как у заключенных в тюрьмах, а его бицепсы напрягаются каждый раз, когда он двигается. Настоящий плохой байкер.
— Нет.
— На киску?
— Нет.
— На слабака?
— Нет.
— Вот и ответ, — он указал на меню. — Скоро наша очередь.
Я взглянула на меню и выпалила:
— Мне «Шоколадный Лонг Джон», малиновое желе и яблочные оладьи.
Девушка за стойкой заказов была милой и выглядела всего на шестнадцать. На шестнадцать и такой счастливой, словно продавать пончики до десяти часов вечера была работой ее мечты.
— У нас закончились шоколадные Лонг Джоны, — она улыбнулась мне от уха до уха. — Может быть, попробуете твистер?
— А что это?
— То же, что и Лонг Джон, только закрученный.
— Звучит неплохо.
Она посмотрела на Лэса:
— А вам?
— Два лимонных желе, два апельсиновых мороженных, два вишневых мороженных. А так же упаковку пончиков ассорти, без разницы с какими вкусами.
— Дюжину? — спросила она.
— Сделай мне двойной.
— Напитки?
— Молоко, — он посмотрел на меня.
— И мне.
— 18, 23$.
Лэс заплатил, и мы отошли в сторону.
— Так, ты приехал сюда из Хендерсона?
— Конечно. Я не летаю на самолетах, так что этот вариант был исключен. Келли возражала, сказала, что мой контракт предельно ясен. Мне пришлось встретиться с водителем в Лос-Анджелесе. Что я и сделал. Доехал на байке до Лос-Анджелеса, встретился там с ним и укатил к черту оттуда.
— Вау. По крайней мере, она будет злиться не только на меня.
— Нет. Наверняка, у нее найдется пару ласковых для нас обоих.
— Держите, — девушка за прилавком подтолкнула три пакетика с пончиками на край полки. — Наслаждайтесь.
Когда мы подошли к его мотоциклу, Лэс повернулся ко мне, взглянул на небо на несколько долгих секунд и выгнул бровь.
