— А вот это:
— Читал. Это история.
— Что за история? Дедушки и внука?
— Новейшая. Точнее сказать — эхо войны в новейшей истории. Поляки снесли памятники советским воинам, которые воевали вместе с их польскими дедами во Второй мировой.
— Зачем?
— Политика. Знаешь, что такое политика?
— Проверяешь? Политика — это идеологическая биржа, которая может влиять на курсы всех остальных валют.
— Зачет. А кто такие политики? Только своими словами.
— Политики — маклеры, рабы этой самой биржи. Продаются и покупаются.
— Пять, — поднял вверх свою пятерню Кирилл. — Вот и с историей то же самое. Все переписывают ее на свой лад. Раньше истории пересказывали, теперь переписывают. На чистовик, каллиграфическим почерком, без помарок. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений в достоверности, талдычь об этом целыми днями, у кого больше громкоговорителей — тот и герой. А все из-за того, что одни не могут простить победы другим.
— Какие победы? — посмотрел заинтересованно Мефодий на шефа. Интерес его проявился настолько, что брови сложили знак «виктория».
— Любые — военные, политические, экономические. Будь то война или открытие космоса.
— Думаешь, левое мстит правому за Сталинградскую битву и за Гагарина?
— Еще как. Царапины на Рейхстаге не дают покоя. Что говорить о победах стратегических, когда даже спортивные стоят комом в горле, — нашел рукой свой кадык Кирилл, показав тем самым, как знакомо ему это чувство.
— Ты о войне пробирок?
— Да, левое уже проверяет на допинг анализы Гагарина, Достоевского и Толстого.
— Последних-то за что?
— Якобы оставляют царапины на душе.
— А Pink Floyd, Doors, Armstrong, Monro разве не оставляют?
— У тех справки.
— Полагаю — исторические?
— О чем и речь. Очень трудно идти против истории. Вот некоторые и пытаются при помощи собственных историй получить контрольный пакет акций в истории мировой.
— Но левое есть левое, оно шагает шире, то и дело перешагивая правое. Ну речь здесь в основном идет о противостоянии Америки, России и Китая. Вся проблема России в том, что пока она занимается монополизацией внутри своего хозяйства, Америка — монополизирует весь мир. У Китая проблем нет.
— Как нет?
— Так. Они их съели. Иначе чем бы они прокормили такую ораву?
— Повезло им, что не было демократии. По большому счету, демократы оказались фанерой, демо записали, и все. Дальше демо дело не пошло.
МОСКВА: Передаю Вам эстафетную палочку — Договор опубликовала
НЬЮ-ЙОРК: Палочку принял. Спасибо за палочку!
МОСКВА: Я б Вам лучше Шоколад Little Spot молочный с орехом, изюмом и ямайским ромом передала!!! его вместо молока за вредность надо выдавать!
А «палочку» жду обратно!
НЬЮ-ЙОРК: А я больше люблю Little Spot молочный с лесным орехом. Вот.
Ну а с палочкой давайте подождем. Мы же не можем пороть горячку. Надо тщательно всё рассмотреть, взвесить, осмыслить… Иначе старшие товарищи нас не поймут.
МОСКВА: Доброе утро, НЬЮ-ЙОРК!
1. Что может быть лучше с утра, чем чашечка ароматного, свежемолотого, свежезаваренного кофе с шоколадкой Little Spot, в Вашем случае пусть это будет Little Spot молочный с лесным орехом…
2. Но Вы обязательно, обязательно попробуйте Little Spot молочный с орехом, изюмом и ямайским ромом, у неё ТАКОЙ аромат! И лесной орех тоже присутствует, правда, есть ещё вариант — закусывать ямайский ром Little Spot молочным с лесным орехом.
3. Спасибо за оказанное доверие, в образце исправила свой косяк — при распечатывании в форме почему-то не отображался код.
НЬЮ-ЙОРК: 1–2. Так соблазнительно звучит… Побежал в магазин, за шоколадом. Умеете Вы, Москва, искушать.
3. Сегодня оплатим.
МОСКВА: 1–2. Если поиски не увенчаются успехом, берусь передать Вам её ценной бандеролью… а то как-то эгоистично с моей стороны получается, соблазнила, искусила и помахала ручкой.
3. Нам бы так.
НЬЮ-ЙОРК: Нет, Москва, я не могу принять столь щедрый подарок. Это ни в какие рамки не лезет! Очаровательная девушка дарит взрослому дяденьке такой роскошный подарок.
МОСКВА: Нью-Йорк!!! Ну не предложила же я Вам бутылку ямайского рома!!! И по стилю вашего общения не дам я Вам больше 40 лет.
Хотя Вы, как всегда, правы, данный поступок выходил бы за рамки стандартных сценариев: обычно взрослые и не очень взрослые дяденьки дарят разнообразные конфетно-букетные изделия таким очаровательным и привлекательным девушкам, как я.
А если посмотреть в другом ракурсе, мы с вами «коллеги по несчастью», и, как человек, работающий в сфере закупок, я делюсь с вами способами и средствами сохранения и поддержания на должном уровне стрессоустойчивости, здравого ума и трезвого рассудка.
Хотя опять же с нашими дядечками от 65 и более мне бы самой бутылку ямайского рома…
НЬЮ-ЙОРК: После Вашего письма чей-то вспомнилось из классики:
