Рядом с забором шевельнулась какая-то тень. Айрин испуганно вскрикнула и отскочила обратно к калитке, но в это мгновение тень обернулась пропавшим Шилдом, который тащил что-то в пасти. Что-то? Айрин пригляделась. Мышь! Обыкновенная серая мышь.
Вот мерзавец! Она тут с ума сходит, а он охотиться вздумал.
— Я пошла домой, — звенящим от обиды и недавнего страха голосом произнесла Айрин. — А ты как хочешь. Если тебе эта мышь дороже, чем я, то… то я не знаю! Сиди на улице с этой мышью!
Она повернулась, и, захлопнув за собой калитку, пошла к дому.
Разумеется, для кота калитка преградой не являлась. За минуту расправившись с мышью, он перемахнул на дорожку, и, подергивая хвостом, направился вслед за Айрин.
— Тебе еды мало, что ли? — укоризненно спрашивала Айрин. — Вот зачем ты мышь съел? Зачем меня напугал? Тебе не стыдно?
Кот на упреки не реагировал. Он лежал на полу подле стола, вальяжно вытянувшись, и вылизывал переднюю лапу. Правую. Всем своим видом он демонстрировал, что плевать хотел и на Черных, и на страхи Айрин, и на всяческие опасности, ведомые и неведомые.
— У тебя совершенно нет совести, — с горечью заключила Айрин. — Совсем нет. Ты настоящий негодяй, Шилд. Вот ты мышку съел, да? А если бы из-за этой мышки и тебя, и меня Черные бы съели? Ну или не съели, а чего они там делают… не знаю. Кому от этого было бы хорошо?
Шилд оглядел правую лапу, счел, что вымыта она как нужно, и принялся за левую. Ясно. На очереди обе задние лапы, хост, пузо, и только после этого довольный прогулкой кот отправится спать.
— Ты меня очень, очень огорчил, — закончила свою обвинительную речь Айрин. — Я тобой очень недовольна, Шилд.
Кот глянул на нее так, что ей стало понятно — это не она очень недовольна котом, это кот очень недоволен ею. Я кот, говорил весь его вид. Я гордый ночной зверь, который не боится тьмы, который охотится во тьме. Я победитель. Я подстерег добычу и откусил ей голову, а ты, глупая девушка, вместо того, чтобы спокойно подождать пару минут, мешала мне своей истерикой и «кис-кисами». Я делал, что хочу, я делаю, что хочу, и буду делать, что хочу, и не смей мне приказывать.
— Пойду к себе, — с грустью сказала Айрин. — Почитаю, что ли. Виноград можно и в кровати съесть.
Книжка, которую Айрин принесла в комнату из библиотеки, показалась ей смутно знакомой — какие-то приключения веселой компании, отправившейся путешествовать, чтобы расследовать историю попавшего им в руки неведомого артефакта. Книжка была забавной, веселой, и почти час Айрин читала, но потом обнаружила, что читать ей больше не хочется, а хочется спать. Ну и ладно, подумала она, откладывая книжку на тумбочку, завтра почитаю. Может быть, даже за завтраком — если, конечно, Таенн не объявится.
Глаза слипались. Айрин легла, с наслаждением потянулась. Какая всё-таки замечательная кровать! Лежишь, словно на мягком облаке. Просторно, удобно. Вот уж чего-чего, а такой кровати в прошлой жизни у нее точно не было. А какая была? Айрин задумалась. Кажется, гораздо более жесткая. И узкая. Точно, узкая. Если лечь на левый бок, правую руку не вытянешь, она упрется в стену. Она перевернулась на левый бок, вытянула руку. Хорошо!.. Надо бы лампочку выключить, но неохота. Ладно, пусть ее. Тем более что свет слабенький, и совершенно не мешает.
Дверь чуть слышно скрипнула — видимо, провинившийся Шилд не пожелал ночевать в одиночестве, и решил присоединиться к хозяйке. Сердиться на него Айрин уже совершенно не хотела, поэтому сонно произнесла:
— Иди на подоконник, нехорошая ты кошатина… Иди, иди… я спать хочу… спокойной ночи.
Судя по шороху занавески, кот последовал ее совету.
— Так-то лучше, — прошептала Айрин.
Дрема накатывала на нее мягкими теплыми волнами, поэтому она не услышала, как кот, пролежав совсем немного, спрыгнул с подоконника и выбежал в коридор.
Потом Шилд снова вбежал в комнату, запрыгнул к Айрин на кровать, и ткнулся мордой ей в плечо. Видя, что хозяйка не желает просыпаться, кот хлопнул ее по плечу лапой — пока что без когтей. И еще раз. И еще.
— Чего тебе? — недовольно спросила Айрин.
— Миау! Мрря! — требовательно рявкнул кот.
— Чего — «мяу»?
— Мрря! Мурр! Мррря! — Шилд явно нервничал.
— Что там такое? — спросила недовольно Айрин. Села. — Что ты хочешь?
— Мрря! Мурряу! Мурряу!!!
В голосе кота явственно чувствовалась тревога, которая секундой позже передалась Айрин.
Поняв, что цель достигнута и хозяйку удалось разбудить, Шилд соскочил с кровати и побежал к двери. Айрин ничего не оставалось, как пойти за ним.
Выскочив в коридор, кот бросился к двери — одной из тех, которые открывались. Подбежал, и принялся скрести дерево когтистыми лапами: к сожалению, чтобы открыть тяжелую створку, сил у кота явно не хватало. Ощущая всё усиливающееся волнение, Айрин взялась за латунную ручку, повернула, и потянула дверь на себя.
В первую секунду она не поняла, что же изменилось. Кажется, вон той овальной лампы под потолком раньше не было, и однотонной занавески на окне тоже, и…
Айрин замерла.
На кровати, стоящей у дальней стены, кто-то лежал.
