Иногда клиентки миссис Инглиш говорили ей: «Такая женщина, как вы, непременно заслуживает того, чтобы снова выйти замуж», на что она отвечала: «Быть может, однажды мне повезет», а потом поворачивалась ко мне и шептала: «Неужели я и вправду заслуживаю настолько тяжелого удара судьбы?» А ведь есть еще женщины вроде мисс Калпеппер, которую, кажется, никогда и не привлекали мужчины.
Невидимые пальцы тянут фитиль моей свечи под потолок, где паучиха уже доплела свою сеть.
— Мисс Ягодка? — На этот раз Нэйтан закатал лишь один рукав коричневого свитера, обнажив пятно краски, которое по форме напоминает отпечаток лапы. Огонь в камине подсвечивает шевелюру Нэйтана сзади. — Желаете войти или мы для вас по-прежнему незнакомцы?
Яркий огонь в камине манит меня к себе, но я не двигаюсь с места, застыв посреди крыльца.
— По-прежнему незнакомцы, — отвечаю я твердым тоном, приказывая сердцу успокоиться.
Деры нигде не видно. Я быстро протягиваю Нэйтану статью и снова отступаю.
— Простите, что заставила вас ждать. Что ваша мать сказала про статью «Обычайки»?
— Она согласилась со мной в том, что она прекрасно написана. Но у нас газета умеренного толка. Мама боится, что, если мы опубликуем что-то слишком… э… радикальное, нас обвинят в политическом авантюризме. И тогда нам придется закрыться.
— Понимаю, — холодно отзываюсь я, пытаясь скрыть разочарование. — Пожалуйста, передайте матери, что не стоит волноваться. Я профессионал и поэтому не стану рыдать у нее на плече всякий раз, когда она решит не публиковать мою статью. Если статья не подходит, я пишу следующую.
— Рад это слышать.
— Есть ли новые подписчики?
— Да. Девяносто семь!
Ахнув, я хлопаю в ладоши.
— Девяносто семь! Невероятно!
