Девушка с обложки полностью

Из грустных рабочих новостей: ту часть материала, в которой шла инструкция, слили. Каролине она не понравилась. Она сказала, что для такого журнала как ELLE это не подходит. Хорошая новость: часть с интервью пока решили оставить. Каролина хотела и ее слить, но Кэт соврала, что мы уже сделали фотографии и взяли интервью. Нужно было только сделать расшифровки, и текст готов, заверила она. Каролина все равно хотела их слить, но Майя, которая тоже участвовала в созвоне, была заинтригована и хотела прочесть интервью, так что она наложило вето на вето Каролины. Мне было не по себе от того, что Кэт лгала, но я понимала, почему она это делала. Ведь Каролина сливала наш материал вообще без причины.

Когда созвон завершился, мы пошли на ланч в «Палм Корт». За весь час мы едва обменялись парой слов, а потом ни с того ни с сего Кэт захихикала.

– Пожалуй, мне бы надо сделать парочку интервью и фотографий с основательницами стартапов, – проговорила она.

Я спросила, будем ли мы по-прежнему работать вместе. Она сказала, что ей может понадобиться помощь с расшифровкой интервью и что она сообщит мне, когда они будут готовы.

Хотя я и скучала по Кэт, но все же здорово было заниматься моими собственными литературными проектами в выходные. Я вернулась к наброску того рассказа, который начала еще раньше летом, и наконец дописала его. Я действительно была довольна тем, что вышло, поэтому, окрыленная своим успехом, в тот же день написала еще один.

На работе на этой неделе тоже было весело – веселее, чем обычно. Я помогала Лоре и Меган организовывать пиар-вечеринку для «Драйбар», а потом, в пятницу, мы с Кэт сидели в патио на крыше близлежащего отеля и смотрели на презентацию утюжка для создания волнистой укладки. Мы обе потягивали напитки и не слишком интересовались действом; Кэт скучала – либо ее мысли были заняты чем-то другим.

Я уже собиралась спросить, о чем она задумалась, как вдруг Кэт повернулась ко мне и сказала:

– Не могу перестать думать о твоей ситуации. Вчера ночью я никак не могла уснуть, соображая, где бы нам добыть тебе тридцать пять тысяч долларов наличными. Я подумала: «Может, мне заложить какие-то из моих украшений», – и даже встала и подошла к шкатулке. Я так злилась на себя за то, что у меня нет более дорогих украшений. Все ее содержимое тянет тысяч на пять максимум. У меня даже мелькнула мысль позвонить отцу и умолять его дать мне денег, но потом я вспомнила, что было в последний раз, когда я просила у него наличку, – она тяжело вздохнула и посмотрела на меня в отчаянии. – Я не знаю, что нам делать!

«Что нам делать???» Я даже не представляла, что она так волнуется за меня. (Может быть, во всем этом депрессивном мраке у меня каким-то чудом появился друг?) Я рассказала ей, что подала заявку на кредит, но мне отказали, потому что у меня не было кредитной истории.

Она поморщилась.

– Эх, я не понаслышке знаю, каково это, – сказала она. – Я и сама подавала заявки на займы и получала отказы. Они всегда возвращались с одним и тем же вопросом: «Почему бы вашему отцу не выступить поручителем? Ведь все деньги у него». Как будто я стала бы просить заем, если бы мой отец готов был дать деньги.

– О господи, да, – чуть не вскричала я. – Мне сказали в банке, что я могу получить заем, если мои родители выступят поручителями. Ну и я такая: «Да, да, в том-то и проблема – я не могу сказать родителям».

– И у тебя всего две недели на то, чтобы собрать деньги? Это невозможно!

Я понимаю, она лишь пыталась помочь, но от этого разговора у меня желудок скрутило в узел. Мне показалось, что у меня вот-вот будет паническая атака. Я на миг перевела взгляд на свой желто-серый коктейль – в фирменных цветах «Драйбар», – затем переменила тему разговора.

– Дай мне знать, когда будешь готова работать над теми интервью или над какой-нибудь другой статьей, какую решишь написать. Мне даже не нужно, чтоб в публикации было указано мое имя. Мне просто нравится работать вместе.

Я тут же закусила губу, как только эти слова вылетели из моего рта. Мне даже не нужно, чтоб в публикации было указано мое имя. Да уж, конечно. Я бы отдала левую руку за то, чтобы мое имя стояло в ELLE. Зачем вообще я это сказала?

– Обязательно, – отозвалась она, любезно позволяя мне сменить тему. – Несмотря на то, что Каролина зарезала материал про стартапы, все равно ты проделала прекрасную работу. На самом деле, я бы хотела прочесть что-нибудь еще из того, что ты пишешь. Что еще тебе нравится писать? У тебя есть какие-нибудь художественные тексты?

Я поведала ей о тех рассказах, которые написала этим летом, и предупредила, что они не так уж хороши.

– В лучшем случае средненькие. Я слишком много брожу вокруг да около.

– Я уверена, они лучше, чем ты думаешь. Пришли их мне, – попросила она.