– Как мама себя чувствует?
– Получше. Ты не переживай. Всё будет хорошо.
Я отсоединилась и направилась в супермаркет. Сегодня суббота и Вероника Николаевна выделила мне выходной.
Я скупилась и подойдя к дому увидела в почтовом ящике уведомление. Я смогла разобрать только одно слово «квестура», центральное полицейское отделение. О, Господи, неужто будут таскать из-за сутенёров. Нервная дрожь неприятно пробирала меня изнутри.
***
Этторе внимательно прочитал содержимое конверта и улыбнувшись поцеловал меня в щеку.
– Девочка моя, вот и пришли твои документы на вид на жительство. В понедельник нам нужно явиться в полицейский отдел для получения информации.
– Неужели? – не верилось мне. – Значит я буду на легальном положении в стране.
– Разумеется. И когда я возьму отпуск, мы сможем с тобой провести его на Лазурном берегу Франции.
От радости, словно ребёнок, я захлопала в ладоши и повисла на шее Этторе.
*** Утром я позвонила домой.
– Тётя Зина, маму выписали?
– Да, Людочка. Но случилось еще одно несчастье. Мама попала под машину и сломала ногу в коленном суставе.
– Этого ещё не хватало! Как это произошло?
– Переходиладорогуинеувиделамчащийавтомобиль.
– Небось пьяная была?
– Нет. Сейчас она не пьёт. Ей антибиотики назначили, а их смешивать нельзя с алкоголем. Да и её собутыльники запропастились, перестали ходить. Беда в том, что ей гипс-то наложили и она прикована к постели. Я хожу к ней в больницу. Кушать приношу и подмываю её. Людочка, приезжай, детка. Это всё-таки мама.
– Хорошо, тётя Зина, я сегодня поговорю с хозяйкой. Если она меня отпустит, я приеду.
На этот раз мне нужно ехать домой.
***
– Любимая моя девочка! Я прибыл с восхитительной новостью! – воскликнул Этторэ едва распахнув входную дверь.
Я обняла его и крепко прижалась к нему. Как же я соскучилась! Словно не виделись вечность.
– Моя сладенькая! Как же ты вкусно пахнешь! – Этторе покрывал поцелуями мою шею, растёгивая молнию спортивной кофточки.
– Я соскучился за тобой.
– И я тоже, любимый, – я смотрела Этторе в глаза и гладила его по щетинистой щеке.
Вскоре мы прямо в гостинной занялись любовью на пушистом цветном коврике. Мой возлюбленный был страстен и любвеобилен. Я жадно целовала его тело, с каждой минутой ощущая, что влюбляюсь в Этторе все больше и больше. После мы отправились в ванную комнату и плескались под душем, резвясь, словно
малые дети. Обернувшись в мягкие полотенца, мы обнялись и закурили, лежа в кровати. Я решила ничего не рассказывать о случившемся с мамой, чтобы не омрачать настроение и в целом вечер. Поговорю с ним завтра.
– Этторе, ты проголодался? – спросила я, рисуя на его обнажённой груди незамысловатый узор.
– Немного, моя куколка! А ты? – Этторе прильнул к моей шейке и облизнул мочку уха.
– И я тоже. Пойду-ка я накрывать на стол. У меня всё готово.
– Ты моя умничка! Сладенькая моя девочка! Как же мне повезло!
Я накрыла на стол и положила в тарелки голубцы, разлила в бокалы розовое молодое вино.
– Так что у тебя за новость? – спросила я, запивая трапезу вином.
– На выставке случайно повстречал приятеля Родоль– фо. Помнишь, я тебе о нём рассказывал. Так вот он предложил стать соучредителем универмага по продаже кожаных и меховых изделий. Мы даже заключили контракт с некоторыми русскими бизнесменами о закупке меховых изделий.
– Вот это да, Этторе! Новость ошеломительная! Как же я рада! Да, мы, русские женщины, обожаем шубки и дублёнки. Песец, чернобурка, норка! Это же просто мечта каждой! Красотища! – всплестнула я руками и мечтательно закатила глазки. – Жаль в Италии так не ходят. Натуральный мех здесь считается дурным тоном да и совсем не холодно тут. Климат другой.
– Мы для тебя подберём самую красивую дублёнку. В такой одежде ты сможешь ходить в Италии, – подмигнул
мне Этторе, – если захочешь, ты сможешь работать продавцом в нашем универмаге.
– Конечно, мой любимый, я захочу! Мне очень нравится в бутике у Вероники. Она прекрасная и добрая женщина. Но свой бизнес – другое дело, что ни говори.
– Я рад, что ты одобрила мою идею. К тому же теперь у тебя будут самые модные шубки и дубленки. Давай выпьем за начало моего нового предприятия.
Этторе наполнил бокалы рубиновым вином. Мы выпили на брудершафт и, поцеловавшись, приступили к еде.
Часть третья.
Самолёт приземлился в аэропорту Шереметьево. Я успешно миновала паспортный контроль, забрала с вертушки чемодан и направилась к выходу. Погода стояла пасмурная и туманная, не сравнимая с солнечной Италией. Интересно, сколько возьмёт таксист до моего городка?
– Молодой человек, сколько будет стоить доехать до Старого Оскола? – поинтересовалась я у парня моего возраста, откровенно скучавшего и слушавшего радио в своём “Форде”.
Окинув меня взглядом, парень ответил:
– Сто пятьдесят долларов или по курсу в рублях.
Парень вытащил из бардачка калькулятор и быстро умножил цифры. Затем развернул табло с получившимся результатом.
– Мне подходит, – кивнула я.
– Тогда поехали.
***
