Выйдя на улицу я лихорадочно осматривалась по сторонам, но Этторе не было. Я вытащила из сумки сотовый и набрала его номер, но автоответчик отрапортовал фразу, что абонент находится вне зоны доступа. Сердце почуяло неладное и тревожно застучало. Неужели что-то случилось? Кое-как я взяла себя в руки и подошла к стоянке такси. Продиктовав таксисту адрес, я погрузила чемоданы в багаж и устроилась на заднем сидении новенького «Фиата». Машина помчала по автомагистрали. Спустя полчаса я открыла дверь коттеджа и поднялась на наш этаж. Сердце вновь забилось с бешенной силой. Вкатив чемодан в квартиру, я включила в прихожей торшер. Запах дыма витал в апартаментах. Значит Этторе дома.
– Любимый, ты где? Я приехала. Смотри, что тебе привезла! – я растегнула молнию на сумке и хотела достать командирские часы, которые купила в подарок, но тут передо мной в дверном проёме возник силуэт Эльзы.
Она неистовым взглядом сверлила меня и курила. Чего раньше я никогда за ней не замечала.
– Явилась не запылилась, – съязвила она и выпустила дым мне в лицо.
– Эльза, здравствуй! Где Этторе? Что случилось?
– Случилось, это мало сказать, – надменно ответила Эльза. – Всё из-за тебя – проходимки. По твоей вине сейчас мой брат в реанимации под капельницами и неизвестно выживет ли вообще.
От слов Эльзы мне стало не по себе. Я не хотела верить в случившееся.
– Эльза, не томи. Обьясни, что произошло! По щекам катились слёзы.
– На моего брата совершено покушение, его хотели застрелить. Выяснилось – это были югославы, к которым ты имела отношение. Оказывается, ты у нас девушка с прошлым. Благо, полиция прибыла вовремя. И где ты только взялась на нашу голову?
Эльза тряслась от гнева и качала головой с шевелюрой вьющихся тёмных волос. Её правильные черты лица исказились гневом и ненавистью ко мне. Женщина затушила сигарету. Я начала догадываться, откуда дует ветер. Проклятый Бранко и его команда! Это он вышел на мой след и решил отомстить, покушаясь на Этторе. Мой бедный, любимый человек. За что ему досталось? Эльза права. Всё случилось по моей вине. Я вытащила сигареты и щёлкнула зажигалкой, опустившись на велюровый пуф в прихожей.
***
Я сидела напротив инспектора Марко Амбрози. Симпатичный молодой мужчина высокого роста сидел за компьютером и что-то вбивал в него, стуча клавишами и
глядя в раскрытую папку с большим количеством листов. Я продиктовала ему свои данные, и инспектор внёс их в компьютер. Полицейский был одет в пиджак тёмно– синего цвета на фоне белой сорочки с чёрным галстуком, чем выгодно подчёркивал смуглую кожу и уложенные гелем волосы тёмно-каштанового цвета.
– Скажите, синьора Людмила, вам знакомы эти люди? Видели вы их когда-нибудь?
Полицейский вытащил из принтера распечатанные портреты людей, на одном из которых была изображена Ариадна, молодая женщина, с чьей помошью я попала в Италию. Меня бросило в дрожь. Инспектор заметил моё замешательство и произнёс:
– Прошу вас. Сосредоточьтесь. Вы должны говорить только правду. Не забывайте о том, что временный вид на жительство вам выдан именно на основании следственного процесса, в котором вы проходите в качестве свидетеля. В случае дачи ложных показаний компетентные органы будут вынуждены изьять у вас документ.
Марко посмотрел на меня глазами из-под очков в чёрной оправе, от взгляда которого мне стало не по себе.
– Вот эта женщина мне знакома, – указала я рукой на Ариадну.
– При каких обстоятельствах вы познакомились?
– Она предложила мне трудоустройство за границей, на что я дала согласие.
– Пожалуйста подробней.
Полицейский снова внимательно посмотрел на меня. Мне стало неловко, но я вынуждена была изложить свою историю.
– На историческом факультете в институте я познакомилась с девушкой по имени Наталья. Мы подружились. Девушка проживала в общежитии, но умудрялась красиво и модно наряжаться. Мотивировала тем, что ей помогают родители и каждый месяц перечисляют деньги на расходы. У них в Молдавии налажен винный бизнес, которым они занимаются много лет. Потом Наталья сняла однокомнатную квартиру в центре города и пригласила меня и ещё парочку однокурсниц обмыть новоселье. После небольшого фуршета, выпроводив девчонок, я стала мыть посуду. Захмелевшая Наталья вдруг расплакалась.
– Наташа, ты чего? – я выключила кран с водой и подошла к подруге, сидящей на табуретке. – Что-нибудь случилось?
– Люда, я расскажу о себе одну вещь, после которой, не исключено, ты станешь меня презирать, и наша дружба оборвётся. Но только тебе я могу доверить эту тайну.
Наталья вытащила носовой платок и вытерла им потёкшую тушь. Я погладила подругу по плечу и попыталась успокоить.
– Прекрати. Что бы ни было, обещаю, не отвернусь от тебя. Рассказывай, что у тебя наболело.
– Люда, я зарабатываю на жизнь своим телом. Ты понимаешь, о чём я говорю?
– Ты хочешь сказать, что занимаешься проституцией?
– Именно так, – прошептала Наталья и отвела глаза в сторону. – Мои родители не в состоянии оплачивать учёбу в институте, мелкие и крупные расходы.
