— И тебе добрый вечер. Увы, нет, — протянул парень без тени смущения. — Моего отца.
Бриенна оторопела. Тайвин Ланнистер? Не может быть. Этот сноб смерил ее уничтожающим взглядом сразу после встречи и готов был растерзать в процессе допроса. Она была на 100% уверена, что она ему не понравилась.
— Не верю, — пробормотала она наконец.
— А зря, — устало протянул Джейме, садясь на кровать. А потом бросил ей со странным выражением лица: — Если желаешь так сильно меня покинуть — давай! Я тебя отпускаю.
Бриенна почувствовала, что в его голосе прорвалась тоска, какое-то давнее напряжение. В пятницу он был гораздо спокойнее.
— Джейме, что-то случилось? Дома? — сочувственно поинтересовалась Бриенна. — Я не хотела тебя взбесить.
— Ах, все так сочувствуют… Ах, бедненький братишка, ах, ручка болит, ах ты, инвалид… Меня бесит! Меня все бесит, и достала эта забота, мне тошно. Я хочу быстрее отсюда уйти, чтоб не чувствовать боль в долбаной руке! А еще по-возможности проснуться, и это все чтобы оказалось страшным сном!
Бриенна молчала. Она ждала, когда он выговорится, но внимательно слушала. Джейме ждал вызова, любого, чтобы орать и драться. Ему это требовалось, но у нее, по-честному, не было предлогов для этого или каких-то иных претензий.
— Ты хочешь невозможного, — осторожно сказала Бриенна. — Однажды кости срастутся, и все будет хорошо.
— О, нет! Пока я тут залечиваю раны, мой отец выкидывает меня из своих стратегий, меняет фишки на своей доске и задвигает меня куда-то к чертовой матери! Мое будущее накрывается медным тазом, пока я тут загораю… Послушай, я хочу свою жизнь назад! — он с ненавистью смотрел на свою руку.
— Джейме, ты пережил потрясение, и твоя жизнь изменилась. Но ты не заключен только в руке, да и она заживет, — Бриенна долго была волонтером, и по инерции в ней включились профнавыки. Она почти жалела, что плохо знала его раньше, и он особо пока с ней не откровенничал. Ей не хватало данных, чтобы его убедить, и она это понимала.
— Я — наследник огромной семьи, я должен был через несколько лет заняться некоторыми семейными бизнесами, моя жизнь была распланировала. Я разочаровал отца, и он не простит, — подавленно, но очень пафосно произнес он.
— Ты быстро учишься, все, что потерял — ты нагонишь. Но будет время подумать и взвесить свои шаги. Даже выиграешь от перерыва в обучении, — обнадежила Бриенна, садясь на стул.
— Я был золотыми руками своей команды и капитаном, лучшим во всем. В Новый год на игре я должен был показать навыки, и вставал вопрос о профессиональной карьере спортсмена и переводе в заведение рангом выше. Олимпийского резерва. А теперь?
— Теперь ты будешь поправляться и советовать им со скамейки, увидишь их игру и подробнее, и четче, сможешь помогать лучше. А потом реабилитируешься и отвоюешь свое место назад. Профессиональный спорт тоже может погодить, даже полгода. Если то, что я о тебе слышала, хотя бы вполовину правда, ты попадешь в ту школу, или что она там, летом. Думаю, и отец сможет в этом помочь.
— Да, но сейчас, пока я здесь, на мою сестру напали, и меня не было рядом! — он кричал, и гнев его был жгучим как яркое пламя.
— Джейме, — она подошла к нему и взяла за предплечье. — Я знаю, как тяжело не иметь возможности помочь близкому в беде. — Она надеялась не заплакать от воспоминаний, но глаза мгновенно стали мокрыми. — Но всегда быть с ней рядом ты не властен. Она рано или поздно выйдет замуж, и ее будет беречь муж, или будет жить отдельно. Но ведь она жива. Ей помогли. Непоправима только смерть.
Бриенна не выдержала накала эмоций, и по ее щекам начали катиться слезы. Она опустила взгляд и постаралась отстраниться, но Джейме притянул ее к себе и крепко обнял. И тут она заплакала, сильно, как давно с ней не случалось. Слезы катились, но она не утирала их, роняя потоком на спину Джейме. Она чувствовала, как гладит ее по спине его рука.
Когда рыдания пошли на спад, Джейме попросил:
— Расскажи мне.
Бриенна не была в восторге от этой идеи. Ей стало легче, проплакав у него в руках четверть часа, но теперь ее душила вина. Она не хотела ему рассказывать, она не так хорошо его знала, чтобы довериться. Ей не верилось, что ему интересно.
— Зачем? Это было давно, — Бриенна пыталась вежливо отказаться. Джейме с пониманием посмотрел ей в глаза. Поправил выбившийся из-за уха волос, погладил по щеке. Бриенна заволновалась. Он опять меня поцелует, подумала она, в груди сладко защемило. Вместо поцелуя Джейме потянул ее за собой на кушетку. Они сели, по-прежнему не размыкая объятий, рядом, а потом он откинулся на спинку койки, привлекая ее к себе. Джейме лежал на спине, а она рядом на боку, утыкаясь в его плечо. Лежать в его объятьях было очень уютно. Она чувствовала, как парень опустил голову и уткнулся ей в макушку.
— Бриенна, — позвал Джейме. Она подняла к нему лицо. Он улыбался мягко, и немного грустно. — Ты хороший человек.
Ее сердце бешено забилось. Он продолжил:
— И я очень бы хотел знать, что тебя гнетет.
— О-ой.
— Я тебя смутил?
