– Нет, она выглядела счастливой. Она танцевала. И еще, я помню… Я помню, звучала какая-то фраза про американцев, – после секундного раздумья произнес Марк.
– Американцев? Что именно сестра про них сказала?
Он виновато покачал головой. Воцарилось молчание.
– Ханна говорила мне, что Джен подружилась с какими-то ребятами из Штатов незадолго до своего исчезновения. Может, речь шла именно о них? – думала я вслух. – Вроде бы она еще упоминала путешествие по Европе.
– Послушай, у меня есть идея, – взгляд пронзительных глаз Хьюго устремился на меня. – Мы можем разместить твой пост о сестре в нашей группе в Фейсбуке. На нас подписано несколько миллионов человек. Чем черт не шутит, вдруг кто и откликнется.
– Ого! – Я не знала, что сказать. – Было бы очень круто и так мило с вашей стороны.
– Отличная мысль, Хью, – кивнул Марк. – Может, кто-то видел ее с теми американцами и знает, куда они двинулись дальше. Я дам поручение пиар-команде. Или лучше Шоне. Если забуду – напомни мне, пожалуйста, у тебя ведь есть мой телефон.
– Шона – это ведь та девушка с гарнитурой? – Я неловко улыбнулась.
– Да, это она.
– А ничего, что я показала ей два пальца? – состроила я виноватую гримасу.
Хьюго рассмеялся.
– Два – это фигня. Она американка. Главное – не показывай один, – он подмигнул мне.
Немного погодя я набралась смелости и наконец произнесла вслух мучивший меня который день вопрос:
– Марк, скажи, а ты не думаешь, что Крис причастен к исчезновению Джен? Не мог он что-то сделать с ней в порыве ярости? Я видела его глаза, когда он напал на тебя вчера.
На щеках Марка выступил румянец.
– Я знаю Криса с одиннадцати лет. Мы выросли на одной улице. Он дрался с задирами, которые обзывали меня в школе, он слушал по двадцатому разу рассказы моего деда о войне и ел невкусное печенье моей бабушки, лишь бы они отпустили меня на очередной музыкальный фестиваль. Он был тем человеком, благодаря которому я стал всерьез заниматься музыкой. Он был моим единственным другом, пока не появился Бен. Он был мне как брат, Ника. Я понимаю, какое у тебя могло создаться впечатление, особенно после того, что зачем-то рассказал тебе сегодня Хью. Но, поверь, Крис совсем не такой. Да, он доставил мне немало неприятностей. И да, он приложил меня вчера. Но он не убийца. Кто угодно, только не убийца. Просто поверь мне, ладно? Я знаю его как никто другой на этом свете. Он взбалмошный, порывистый, инфантильный, у него почти наверняка врожденное расстройство концентрации, он способен довести до белого каления своим упрямством и бесконечной бессмысленной болтовней, перемежающейся напряженным молчанием и обидами, но он не социопат. Он бы не выдержал, он рассказал бы всем о том, что сделал. Так было всегда. Он не умеет хранить секретов.
Я кивнула, хотя его слова не доказывали ровно ничего, кроме огромной любви к бывшему фронтмену, чувства вины и желания замять тему.
По тому, как почти синхронно завибрировали телефоны парней, я поняла, что отведенное на меня время вышло и настал момент прощания. Мы поднялись из-за стола.
Мне очень хотелось с ними сфотографироваться, чтобы потом дразнить Лору тем, что я пью пиво с The Red Room, но я решила отказаться от этой идеи. Думаю, им нравилось, что я веду себя с ними как с обычными людьми. Нельзя портить впечатление. Вдруг они мне еще пригодятся.
– Ну что ж, – произнес Марк, стоя у бара и оглядываясь по сторонам, – приятно, что некоторые места не меняются.
– Спасибо вам, ребята, – я по очереди пожала парням руки: сначала широкую ладонь Марка, а потом прохладные сухие пальцы Хью, – вы такие милые и настоящие. Если честно, я была уверена, что вы окажетесь заносчивыми придурками.
– Н-да, и почему все про нас так думают? – Хью по-детски хихикнул и подмигнул мне. – Но это большой секрет. Если кто спросит – говори, что мы настоящие засранцы и сатанисты, которые жрали котят и запивали их абсентом.
Когда они отправились обратно к черному ходу, я заметила на стуле забытую Хьюго черную кожанку. Я схватила ее и стремглав бросилась вдогонку. Когда я настигла ребят, они уже сели в машину. Я начала прыгать и размахивать курткой, чтобы привлечь внимание водителя. Машина остановилась, и оттуда выскочил Хьюго.
– Спасибо тебе, Ника, – в знак благодарности он обнял меня и, наклонившись, нежно поцеловал в щеку, немного задев уголок губ. – Могла бы загнать ее на eBay, – он положил руки мне на плечи, как, наверное, сделал бы старший брат, которого у меня никогда не было. – Знаешь, я знал твою сестру недолго, но она была чудесным человеком, таким светлым и полным любви. Ведь есть надежда, что с ней все хорошо, – сказал он, заглянув мне в глаза. – У нее же были деньги, а значит, она могла просто уехать.
– Деньги?
– Ну да. Марк, видимо, забыл упомянуть. Целая пачка наличных, – он показал пальцами толщину около сантиметра. – Она хвасталась.
– Но откуда?
Окно машины опустилось, и оттуда высунулся Марк:
– Хью, мы спешим.
– Бегу, – повернувшись ко мне, он добавил: – Понятия не имею. Но их хватило бы, чтобы исчезнуть.
