Девушка с синей луны полностью

– Я его знаю, – вспомнил Добродеев, – Миша Джурба, сидит на письмах, кажется. Кличка такая, дядя Коля.

– Да мне все одно, – махнул он рукой. – Бывайте!

Монах и Добродеев поднялись, провожая дядю Колю.

– Еще один, – сказал Монах, усаживаясь. – А что я говорил?

– Может, случайное совпадение?

– Не думаю. Надо бы узнать его ник. Если он был… Ашугом, Менестрелем, Акыном или еще как-нибудь похоже, то это не совпадение, Лео. Это система. Ия, Вагант, Денис, Никита, Бард…

– Но ведь Дениса уже нет. Если он убил Ваганта из-за Ии, то кто разобрался с Бардом-Леонидом, а еще раньше с Никитой? Тот и другой были связаны с Дианой. Какие-то роковые женщины! Подойти страшно.

Монах задумчиво рассматривал свою левую руку с кровоподтеками.

– Христофорыч, о чем ты? – произнес Добродеев после паузы. – А мотив?

– А у Дениса был мотив?

– У Дениса был. Слабый, с моей точки зрения, но тем не менее принимается за неимением лучшего. Месть за сестру. Но Дениса больше нет.

– Дениса нет, а система работает, – сказал Монах.

– В смысле?

– В самом прямом. Денис мертв, двое свидетелей подтвердили это, а система работает. Всякий, кто покусится на Диану, плохо кончает. А началось с Ии. Дениса нет, отец девочек давно умер. – Он помолчал. – Кстати, у нее в серванте стоит бутылка «Оттонеля». Как и в квартире Леонида. Добавь сюда два ее шарфа…

– Но у него в ту ночь был мужчина…

– Откуда это известно?

– Соседка слышала мужские голоса.

– Она слышала вскрик, как если бы Леонид приветствовал старого друга, а если все было не так?

– А как?

– Давай смоделируем ситуацию, Леша. Ты уже улегся, ночь на дворе. Вдруг звонок. Ты поднимаешься с постели, идешь в прихожую…

– И заглядываю в глазок!

– И заглядываешь в глазок. Видишь знакомую личность и открываешь дверь, издав радостный или удивленный возглас. Личность заходит. Это акт первый. Акт второй: вы пьете «Оттонель», отвратительное дамское пойло на любителя, видимо, принесенное гостем. Акт третий: те же в спальне. Убийца привязывает руки жертвы, то есть твои, к спинке кровати… – Добродеев скривился. – Кстати, шарф, скорее всего, убийца принес с собой, иначе откуда бы он взялся. Акт четвертый: убийца сворачивает тебе шею. Случайности я не допускаю – намерение слишком явное. Сначала привязать, потом убить. Занавес.

– Как-то ты, Христофорыч, со своим наглядным реализмом… – пробормотал Добродеев, ослабляя узел галстука. – Между прочим, для этого нужна большая сила.

– Согласен, у убийцы сильные руки.

– Куда ты клонишь?

– Ты прекрасно понимаешь, куда я клоню. Мы рассуждаем гипотетически. Рассчитываем плюсы и минусы. Убийца и жертва были знакомы. Плюс. «Оттонель» – дамский напиток, такой же в серванте у… нее. Плюс. Сильные руки… мертвая хватка, как ты сказал. – Монах повертел рукой с синяками перед носом Добродеева. – Плюс.

– Ты думаешь, это Диана?

Монах пожал плечами.

– Ну… Не знаю. Она вцепилась в меня, когда была в трансе. Я думал, она сломает мне руку. Мало ноги, так еще и руку. Если помнишь, у нее даже голос изменился, стал ниже…

– И что?

– А то, что в трансе она другой человек. С сильными руками и низким голосом.

– По-твоему, у нее раздвоение личности? И она представляет себя… кем? Денисом?

Монах пожал плечами:

– И мотив налицо – сберечь неопытную младшую сестренку от мужчины путем его устранения. Потому она и считает, что он жив. Он убил Ваганта, он приходит в их квартиру и что-то ищет, он убил Леонида… в подсознании она в это верит и боится. Она легко подчиняется, брат полностью подмял ее под себя, она это приняла. Когда он убил Ваганта, она и это приняла. Когда он умер, она, не желая принимать его смерть, почувствовала себя одним целым с ним, то есть вобрала в себя его личность. Денис это Диана, Диана это Денис.

– Значит, ночью никого не было?

– Думаю, не было. Возможно, не было.

– Зачем же она позвала тебя?

– Эта двойственность мучает ее, она хватается за соломинку, чтобы освободиться. А тут экстрасенс, внушающий доверие… как-то так. Не знаю, Леша. Похоже, она на распутье – то ли погрузиться еще глубже, то ли попытаться вытолкнуть из себя личность Дениса…

– Она это понимает?

– Не уверен. Возможно, на уровне подсознания. Инстинктивно. Не знаю. Потому такая смурная и боится людей. Подсознательно чувствует, что не такая, как другие. Я не психиатр, Леша, я закончил всего лишь курс психологии, хотел разобраться в себе и мире; много читал. Мозг как компьютер, вдруг начинает глючить, а почему – бог весть. Или дьявол весть. Наследственность, стрессы, лишняя хромосома. Непостижимо на данном этапе – мозг неизученная область. Вернее, неизучаемая на данном этапе, не доросли.

– Надо бы поговорить с Майклом Джексоном, – заметил Добродеев.

– Поговорим. Прямо сейчас. Поехали, Лео!

…Шебутной Майкл Джексон был на рабочем месте. Сочинял ответ на очередное письмо от пенсионера-активиста. На вопрос о Никите он воскликнул:

– Ника был классный, мы с ним за одной партой всю школу просидели. А как он историю знал! Запросто фитиля вставлял нашей историчке Зое Гавриловне.

– Что с ним случилось?