— Теперь мы знаем, — сказал Микаэль, когда они шли через мост. — Мы охотимся за полным психом.
— Что ты имеешь в виду?
— Если бы это был обычный идиот, пытавшийся напугать нас, он бы отправился жечь кошку в гараж или даже в лес. Он же выбрал семейный склеп, и это уже выдает навязчивую идею. Подумай, как сильно он рисковал. Сейчас лето, и народ гуляет по ночам. Дорога через кладбище — кратчайший путь между северной и южной частями Хедебю. Даже если он закрыл дверь, кошка наверняка вопила, да и должно было пахнуть паленым.
— Он?
— Я не думаю, что Сесилия Вангер орудовала прошлой ночью паяльной лампой.
— Я не доверяю никому из них, включая Фруде и Хенрика. Этот клан наверняка надует тебя, если только ему представится шанс.
— Я уже разузнал довольно много твоих тайн. Сколько народу знает о том, что ты хакер?
— Никто.
— Ты хочешь сказать, никто, кроме меня.
— К чему ты клонишь?
— Я хочу знать, нормально ли ты ко мне относишься. Доверяешь ли ты мне?
— Я ничего не могу с этим поделать.
— Ты мне доверяешь? — упорствовал Микаэль.
— Пока да, — ответила она.
— Отлично. Пошли прогуляемся к Дирку Фруде.
— Хорошо, что мы встретились, — сказал он. — Я испытывал угрызения совести, потому что не имел возможности выразить вам благодарность за великолепную работу, которую вы для нас проделали. И зимой, и сейчас, летом.
— Мне заплатили, — сказала она.
— Дело не в этом. При нашей первой встрече у меня сложилось предвзятое мнение о вас. Прошу меня за это простить.
— Что случилось с вашим лбом?
— Это же полное безумие! — Он сделал паузу и уставился на Микаэля. — Мне жаль, но этому необходимо положить конец. Я не могу рисковать вашими жизнями. Я должен поговорить с Хенриком и разорвать контракт.
— Сядьте, — сказал Микаэль.
— Вы не понимаете…
— Я понимаю только одно: мы с Лисбет подошли так близко, что виновный во всем этом впал в панику, близкую к помрачению рассудка. У нас есть к вам несколько вопросов. Во-первых: сколько существует ключей от склепа семьи Вангер и у кого они?
