– Пересвет, – слышала Вася. – Колдовство. Ненастоящий монах.
Дмитрий скользнул взглядом по ней, от сапог до голой груди. На миг он холодно посмотрел ей в лицо.
– Девчонку нужно наказать! – крикнул один из юных бояр. – Она и ее брат посрамили нас своим богохульством. Пусть ее высекут, пусть ее сожгут. Мы не потерпим ведьм в городе.
Ответом на его крик стал рев одобрения, и кровь медленно схлынула с лица Васи.
Раздался другой голос: не громкий, но надломленный возрастом и решительный.
– Так не подобает, – сказал он. Это был крупный мужчина с лохматой бородой. Его голос был спокоен, несмотря на растущий гнев толпы.
«Отец Андрей, – подумала Вася. – Игумен Архангельского собора».
– Наказание не должно обсуждаться перед всей Москвой, – заявил игумен. Он метнул взгляд на людей на берегу. Крики нарастали, становились более настойчивыми. – Они поднимут бунт, – добавил он. – И могут пострадать ни в чем не повинные люди.
Вася уже была холодной и перепуганной, но эти слова вызвали у нее новую вспышку ужаса.
Касьян сжимал ее руку, и Вася увидела раздражение на его лице. Хотел ли он бунта?
– Как скажете, – сказал Дмитрий. Неожиданно он заговорил устало. – Ты… девчонка… – Он скривил рот на этом слове. – Ты отправишься в монастырь, пока мы не решим, что с тобой делать.
Вася собралась было возразить, но Касьян заговорил первым.
– Возможно, бедняжке будет легче с ее сестрой, – заявил он. – Я почти уверен, что она была невинна и стала жертвой хитростей ее брата.
Вася увидела, как злобно он посмотрел на Сашу. Но чувства не отразились в его голосе.
– Очень хорошо, – сказал великий князь. – Монастырь или башня – все одно и то же. Но я поставлю стражу на дверях. А ты, брат Александр, останешься под стражей в монастыре.
– Нет! – закричала Вася. – Дмитрий Иванович, он не…
Касьян снова дернул ее за руку. Саша встретился с Васей взглядом и едва заметно покачал головой. Он протянул руки, чтобы их связали.
Дрожащая Вася смотрела, как уводят ее брата.
– Девчонку на сани, – приказал Дмитрий.
– Дмитрий Иванович, – снова крикнула Вася, игнорируя хватку Касьяна. От боли у нее выступили слезы, но она не хотела молчать. – Вы обещали мне дружбу когда-то. Я прошу вас…
Князь метнул на нее дикий взгляд.
– Я обещал дружбу лжецу и мальчику, который умер, – сказал он. – Уведите ее отсюда.
– Пойдем, дикая кошка, – тихо сказал Касьян.
Вася уже не сопротивлялась. Касьян поднял плащ со снега, накинул на нее и повел прочь.
Варвара быстро принесла Ольге вести. Она первой вбежала в светлицу княгини, мрачная из-за бремени несчастья. Ее выцветшая коса была покрыта снегом.
Терем Ольги был полон женщин и их нарядов. Это был их праздник: в тесной башне они ели, пили и впечатляли друг друга шелковой парчой, головными уборами и духами. Они прислушивались к звукам празднества в городе.
Округлившаяся Евдокия сидела ближе всех к печи. Несколько барышень подсели к ней, чтобы поздравить с беременностью и вымолить милость. Но даже нерожденное дитя Евдокии не могло тягаться с нашумевшими скачками. Утром женщины с хихиканьем делали ставки. Самые благочестивые поджимали губы.
– Победит тот красивый мальчишка – младший брат Ольги? – со смехом спросила одна из женщин. – Или князь Касьян с огненными волосами, который, по словам слуг, улыбается как святой и раздевается как языческий бог в бане?
Касьян был всеобщим любимцем: половина девушек были влюблены в него.
– Нет! – возмутилась Марья, пока ела блины. – Победит мой дядя Василий! Он самый храбрый, и у него самый большой конь в мире.
От шума в начале скачек стены терема сотряслись, и крики людей окутали весь город. Женщины прислушивались, склонив головы, и следили за наездниками по топоту их лошадей.
Ольга крепко держала Марью на коленях.
Внезапно гул стих.
– Все, – сказала одна из женщин.
Но нет. Шум снова поднялся громче прежнего, с новой неприятной ноткой. Этот шум не затихал: он приближался к башне, полз по стенам терема Ольги, словно волна прилива.
В этой волне, словно обломок кораблекрушения, прибежала Варвара. Она проскользнула в светлицу с наигранным спокойствием, подошла к Ольге и шепнула ей на ухо.
Хотя Варвара была первой и быстрой, она все равно не успела.
Слух поднялся по лестнице, как волна, и обрушился на всех. Не успела служанка сообщить о несчастье на ухо Ольге, женщины охнули, узнав новости от своих слуг.
– Вася – девочка! – взвизгнула Евдокия.
Времени не было ни на что. Ольга не успела бы покинуть башню. Времени не было даже на то, чтобы успокоить всех.
– Ты сказала, идет сюда? – спросила Ольга у Варвары. Она пыталась думать. Дмитрий Иванович в ярости. Вася в тереме лишь свяжет Ольгу – и ее мужа – с обманом, еще больше разозлит великого князя. Кто это предложил?
«Касьян, – подумала Ольга. – Касьян Лютович, новый участник этой игры. Наш загадочный господин. Как еще подобраться к великому князю? Теперь он вытеснит Сашу и моего мужа. Глупцы, что не понимали этого».
