– Она пыталась дать понять, что готова участвовать и тоже быть смелой, если кто-то решится пойти против Бурдакова и его шайки. Она была сама частью этого спрута, но щупальца дотянулись до ее семьи. Алевтина оказалась по другую сторону баррикад, но знает, что если начнет говорить, лес просто пополнится еще одним холмиком.
– Я столько раз пыталась найти в себе силы что-то понять… Но я тогда боялась видеть плохое в людях, просто хотела верить, что все вокруг – случайные совпадения. Нам нужно быть очень осторожными! Здесь идет крупная игра.
– Теперь документы, которые собрал отец Сони точно подтверждают что происходит в пожарной части.
– Макар… – Катя смотрела в окно, но в голосе уже звучала тревога. – Я все думаю… Если они возят в пожарных машинах не просто контрабанду, а урановые отходы… Это ведь не местная история.
Макар кивнул, опираясь локтями о стол:
– Ты права. Я тоже так думал. Это слишком крупно. Здесь замешаны не только местные воротилы. Со всем своим апломбом и амбициями жены один он не удержит такую махину.
– Мы снова возвращаемся к урану и истории, начавшейся в твоем детстве. Может ли за этим стоять сам генерал? Что если их крыша и есть твой Сергей Борисович?
– Нелогично, Катя. Тогда зачем ему меня сюда отправлять? Он ничего не делает просто так.
– Тогда в чем его цель была? Пока мы не поймем, у нас связаны руки.
Макар устало усмехнулся:
– Вот в том-то и дело. Я ведь тоже задавал себе этот вопрос. Шеф… он меня не для расследования сюда отправил. Вернее, официально – да. Но мне кажется на самом деле он хочет чужими руками отжать бизнес. Тут огромные деньги, Катя. А контроль над таким потоком – почти безнаказанная власть. Катя медленно опустилась на стул:
– Ты хочешь сказать… твой генерал знал обо всем с самого начала?
Макар кивнул:
– Он знал. Но эта схема уже принадлежала другому… вот и осталось выяснить кому? Сергей Борисович решил: зачем воевать напрямую? Проще заслать меня, дать мне порыться, собрать доказательства, а потом…
Катя сжала руки в замок:
– Что было бы потом?
– Я то изначально думал, что мы затеяли это ради громкого коррупционного дела… Но он категорически отказывался что-либо пускать в дело даже когда погиб случайный человек. Тот, которого тоже звали Макаром и который стал винтиком в чужой игре.
– О, боже! – Катя прикрыла ладошкой рот, вдруг сложив эти детали в одну картину. Пальцы свело судорогой, а по коже побежали мурашки. Она едва удержалась, чтобы не вскрикнуть: так сильно в ней смешались ужас, злость и желание действовать. – Он планировал отжать криминальный бизнес твоими руками, а потом убить тебя так, как уже однажды провернул это с твоим отцом…
– Бинго, милая! Ты попала в точку!
– Знаешь, я ведь долго хотел верить, что он мне как отец… А оказалось – просто игрок, для которого мы все пешки.
Дыхание Кати сбилось, мышцы ног инстинктивно напряглись, словно готовясь к мощному толчку, а руки так крепко вцепились в подлокотник, что это уже был не просто испуг – это была настоящая тренированная реакция, она осозновала, что тело отзывается на какие-то эмоции и действия, но пока важнее было то, что происходило прямо здесь сейчас:
– Как ты можешь разговаривать с ним, словно ничего не случилось, зная все это! Как ты можешь не выплюнуть ему в наглую рожу, что вспомнил все и понял в чем суть в этом городе?! – Катя буквально закипала от гнева.
– Успокойся, Катя. – он снова погладил ее, стараясь помочь справиться с вспышкой гнева от несправедливости. – Я просто вспомнил слова отца: “Просчитывай всегда любую ситуацию на два хода вперед”. Я просчитаю даже не на два – на три, четыре, сколько понадобится, но однажды эта тварь поймет, что ловушка захлопнулась и в клетке, которую он подготовил другим оказался он сам! Пока что я даю ему верить в его скорую победу… но это ровно до тех пор, пока он не поймет, что партия уже сыграна без него.
– Я бы так не смогла.
– Пока что он не должен ни о чем заподозрить. Пусть будет уверен, что я ни о чем не догадался. Кстати, он тоже нам может помочь. У него большие возможности. Помнишь, я как-то сказал ему про Титова…
Катя нахмурила лоб…
– Ну, вспоминай! Огни Саратова… Лучше всего удаются роли пожарных, военных…
– Точно! И что там?
– Нашел генерал настоящего Титова.
– Убит? Арестован?
– Ни разу. Полгода уже живет на Бали. “Ешь кокосы, жуй бананы”, как говорится. Он – младший брат Юлианы. Видела бы ты какие ему премии за работу выплачиваются. За эти деньги можно было не то, что на Бали жить…
– Вот это они придумали, конечно!..
– Семейная взаимовыручка. Он, кстати, много интересного рассказал, когда к нему на острове одна местная девушка случайно подошла… Катя, вот ты только представь: пляж, наш Титов нежится в лучах солнца, вдали видит как по кромке берега идет девушка с распущенными волосами, сверкающими на солнце черным шелком. Легкий сарафан, яркая ткань, золотистые украшения на тонких запястьях. Она улыбается мягко и широко, словно с детства постигла секрет мира и спокойствия.
–– Что-то ты увлекся…
