Один рекламный ролик был настолько долгим, что молодой человек успел полностью выпить йогурт и только после этого убавить звук.
Все, кроме Дениса и Петра, после того как проснулись, продолжили опустошение недопитых бутылок. Вновь у сарая, вновь разговоры за жизнь – у молодого человека волей-неволей возникло продолжительное чувство дежавю.
Денис в который раз начал прокручивать в голове диалог с девушкой, нелепую ситуацию со своими запутанными шнурками и задумался, имеет ли смысл возвращаться на «место преступления» за ботинками.
– Жрете, как не в себя, – Пётр обратил внимание, что и закуски практически не осталось. – Вы собираетесь сегодня в Москву ехать в таком состоянии?
– Нет, – спокойно ответил Максим.
Мужчина отдал другу ключи от дома.
– Вопрос у меня есть немного странный, – Денис не был уверен, стоит ли спрашивать, но желание узнать чью-нибудь еще точку зрения взяло верх. – Вас когда-нибудь девушка называла охотником?
Молодой человек опустил глаза и уставился в плитку, уложенную вокруг дома, ожидая какой-нибудь приступ смеха, иронию, банальную шутку, в конце концов, со стороны тех, кто старше его.
Но возникла гробовая тишина.
Денис обнаружил на себе взгляд всех десяти глаз напротив и напрягся, но еще больше напрягся Петр, который хотел исчезнуть.
– Т-т-т… то есть? – Иван еле выдавил этот вопрос из себя.
Кирилл Григорьевич посмотрел на приемного сына и поднял бровь.
Денис же не ожидал такой реакции.
– Простите, мужики, я что-то не знаю? – Денис по очереди смотрел на каждого. – Разве это не нормально, если девушка назвала тебя охотником? Я вот думаю: может, она замуж хочет или еще чего?
– Так это ты про свою девушку? – Максим словно попытался пробиться сквозь какую-то непонятную для Дениса стену умозаключений.
– Да, я про Аллу, – соврал молодой человек с мыслью, что удобно иметь подругу, которой можно прикрываться.
– А, ну, если это, – когда Максим начал отвечать, все остальные потеряли интерес, кроме Кирилла Григорьевича, продолжавшего смотреть на Петра. – Нет, тут, знаешь, важно, когда, в общем, она, это, произнесла это…
Было видно, что он растерялся в попытках сменить тему.
– Ты ее фотографировал когда-нибудь или рисовал? – Кирилл Григорьевич спросил серьезно, а на утвердительный кивок дал шуточный ответ. – Тогда ты Шарик из Простоквашино и не охотник, а фотоохотник.
– Очень смешно, – Денис подпер подбородок рукой.
– А ты хочешь сделать ей предложение? – Антон потряс пустой пакет с томатным соком, лежащий под дверью.
– Да нет, – внезапно усмехнулся Петр. – Он меня с ней еще не знакомил, хоть и упоминал… Или это правда?
– Нет, это она хочет, а я как-то…
Иван развел руками:
– Сменим тему.
– А я не собираюсь менять тему, – сказал Пётр через час, встретившись с сыном тет-а-тет в коридоре на втором этаже дома. – Тебя так назвала девушка, которую ты нарисовал?
– Пап, я говорил про Аллу, – Денис почувствовал натиск, когда отец пошел на него.
– Да какая, блин, Алла? – Пётр разозлился. – Вообще никогда о ней ничего не рассказывал, а тут вздумал.
Молодой человек попытался уйти, но поразился тому, что ему преградили дорогу, и сделал несколько шагов назад:
– Что вы все так взбесились вообще? Я не понимаю. Ты можешь мне внятно сказать, что тут вообще происходит? – Денис вспомнил, как на него все уставились. – Почему слово «охотник» для вас вдруг оказалось такой красной тряпкой?
Пётр не знал, верить сыну или нет.
Давить было бесполезно:
– Да дело вообще не в этом слове.
– Тогда в чем?
– Я не знаю, чего они, – Пётр показал пальцем вниз, в сторону заднего выхода. – Они там себе надумали, а я говорю только о тебе, потому что ты мой сын, и тебя с детства нужно пинать, чтобы ты что-то делал.
Денис почувствовал, что разговор уходит в знакомую до боли ему плоскость самоопределения и инициативности:
– Меня потому и нужно «пинать», потому что я должен делать, что ты хочешь, а не то, что хочу я. Это же так просто понять, – молодой человек начал загибать пальцы. – Съехал я, пап, сам. Работу нашел, пап, сам. Мои интересы, мой досуг, несмотря на твои желания, не изменились вовсе.
Пётр улыбнулся:
– Но если тебе кто-то понравился, то ты сдаваться не должен. Ты должен найти ее. Мне тут сказали, что можно «не зассать и познакомиться».
Денис удивился:
– Почему я должен искать случайную встречную?
– Потому что вот так кого-то, словно с фотографии черно-белой, не рисуют, – Пётр не понимал ничего в рисовании, но для него это прозвучало как весомый аргумент.
– Странно все так, – сын поверил. – Ты никогда не спрашивал о моих желаниях, а тут начал. Стареть тебе идет.
Денис понимал, что ему не договаривают, но может, «они лишь хотят помочь ему устроить личную жизнь»?
– Извини, пап, – он обнял отца.
Пётр был рад. И своему дешевому трюку был рад тоже.
