Девушка, женщина, иная полностью

или, по-вашему, чернокожие должны работать исключительно на конвейере, чистить туалеты и подметать улицы?

зрители встретили его слова аплодисментами и приветственными выкриками

пока онемевший соперник подыскивал слова, председательствующий объявил о завершении дебатов

последнее слово осталось за Роландом, он мог чувствовать себя победителем

но испытывал только раздражение от того, что его втянули в расовый спор и что после этих грязных дебатов (а как еще их назвать?) он выглядит глашатаем мультикультурности

каковым ни в коем разе не является

его талию деликатно обвивает женская рука – это Язз так объявляет о своем появлении, что очень мило с ее стороны, ибо каждый раз он не ведает, напустится ли она на него или обнимет

папуля, говорит она, прильнув к нему, немного пьяненькая, как он подозревает, несмотря на все ее заверения, что она трезвенница

привет, дорогая, откликается он, целуя ее в лоб

я так боялась, что спектакль окажется ужасным и мама опозорится, с ней никогда не угадаешь, правда? но она была на высоте, да, пап?

да, и мы ведь ею гордимся?

еще как

а ты ей об этом сказала? для нее это так важно

несколько раз, глядя ей в глаза, чтобы не оставалось никаких сомнений, в глубине души она такая неуверенная, но этот успех ударит ей в голову, мы-то это понимаем, и она станет невозможной, папа, просто невозможной

он еще сильнее прижимает ее к себе

он так любит, когда она позволяет себя обнимать

ему передается ее тепло

это благодаря Язз у него все получилось, его жизнь разделилась на две части: до нее и после нее

до Язз он был ничем не примечательным университетским лектором, а еще раньше была жесткая общеобразовательная школа в Ипсвиче, где он вовсю вкалывал, лишь бы быть подальше от родного Портсмута, а в минуты отдыха оттягивался со своими идолами

изящным, восхитительным Марком Боланом, неземным Дэвидом Боуи и радующим глаз главным исполнителем группы «Суит» Брайаном Коннолли

именно в таком порядке предпочтений

оказавшись в лондонском университете, он в первый же день вступил в «Общество геев» и стал наверстывать упущенное в «голубых» клубах

и при этом сумел окончить университет на отлично

полтора года ушли у него на то, чтобы получить место лектора, и только тогда понял, что просто не может жертвовать с таким трудом завоеванную социальную жизнь на тысячи часов, просиженных за написанием проклятых книг, которые превратят его из никому не известного академического персонажа в уважаемую публичную фигуру

когда вдали забрезжила Язз, он сделал переоценку, решил, что должен чего-то достичь ради ребенка, которого они задумали вместе с его хорошей приятельницей Аммой, идеальной матерью – умная, креативная, веселая

он был очень тронут тем, что его выбрали донором спермы

вскоре после его визита в «банк для дрочил» Амма забеременела, а к тому моменту, когда Язз появилась на свет, он уже писал свою первую книгу – интеллектуальную, но не слишком академическую, популярную, но не популистскую, он писал о том, что его интересовало: философия, архитектура, музыка, спорт, кино, политика, интернет и формирование обществ прошлого, настоящего и будущего

первая же книга создала ему репутацию, а третья закрепила ее навсегда

его карьера, в отличие от ее, никогда не зиждилась на гендерном самоопределении, чего все ждут от черных интеллектуалов («черные интеллектуалы», фу)

он сокрушается о том, что в Британии черных по-прежнему определяют по цвету кожи за отсутствием более эффективных вариантов

и он не может, строго говоря, называть себя гамбийцем, поскольку покинул страну в два года

в любом случае ни его цвет кожи, ни «голубизна» не являются результатом сознательного политического решения; первое было предопределено генетически, а второе – физическими и психологическими факторами

каковыми и останутся

в качестве, так сказать, примечаний

университетская подработка позволяет ему безбедно существовать в паузах между авансами за книги, он готов время от времени прочитать лекцию продвинутым студентам, семинары же давно не ведет, а так как он человек знаменитый, телеведущий, заставить его никто не может

разочарования студентов – не его забота, не он создал эту систему (я просто в ней работаю, дружок!), мейлы он игнорирует, но если от боссов, то отвечает незамедлительно и со всей сердечностью

все это отлично работает, если учесть, что к нему давно перестали обращаться с какими бы то ни было просьбами

он знает, что «коллеги» его презирают и откровенно фыркают в его сторону, когда он идет по «коридору длинных ножей»

какое ему дело

он здесь так редко появляется

когда он только начал писать свой трехтомный magnum opus[59], он для себя уже решил, что истеблишмент его не примет, поэтому он им станет

пусть его «братья и сестры» говорят за себя

почему он должен тащить на своем горбу тяжелый груз, представляя их интересы, если это тормозит его продвижение вперед?

для сравнения: от белых людей ждут, что они представляют самих себя, а не всю белую расу

Язз выскальзывает из теплых объятий; как же он ее любит, даже больше, чем Кенни