Крым и Новороссия экономически потянутся к России, Галичина — к Польше, а Ужгород — Венгрии. С другой стороны Кубань населена в значительной степени украинцами. И официальный Киев не скрывает своего желания провести «обратную реукраинизацию» кубанцев и «возвращение блудных сыновей» в лоно неньки Украины. Ресурсов для этого сейчас нет, но это не значит, что при благоприятном стечении обстоятельств этот вопрос не встанет очень остро. Согласно русско-турецкому мирному договору, Крым переходит к Российской империи. Но только до того момента, пока Россия будет держать полуостров под своей юрисдикцией. Как только Россия его теряет, так он сразу же переходит обратно к Турции. Крымские татары, религиозно и культурно связаны с Турцией, уже составляют 12 % населения Крыма, и доля мусульман в населении Крыма стремительно растет. Румыния с тоской смотрит на Черновцы, и приграничный конфликт уже тлеет. Польша явно не против присоединения к себе не только Львова, но и всей западной Украины. К Украине есть территориальные претензии и у Венгрии. К чему все это я? А к тому, что Украина, стремительно рвется в самостийное, и явно конфликтное по отношению к России, плавание. Но этот путь уже прошла Грузия. В результате Грузия стоит на пороге развала. Скорее всего, та же судьба ждет и Украину.
— Милейший Эвенк, — изумился Рабинович, — да что сегодня с вами? Вы все о политике и политике, олени и ездовые собаки у вас совсем отошли на задний план. Давайте поговорим о чем-нибудь минорном. Ну, например, вот это. Во вторник исполняется 70 лет со дня смерти Павлика Морозова, несчастного ребёнка из затерянного в глуши маленького поселка Герасимовка. Героический ребёнок вместе с младшим братом Федей был убит за то, что донёс чекистам (горячее сердце, холодная голова) на родного отца. Советская пропаганда на его примере десятилетиями воспитывал подрастающее поколение. Над павликианой трудились и Исаак Бабель, и Сергей Михалков, и толпа менее известных, но неизменно красных по своим политическим убеждениям служителей муз. Сергей Эйзенштейн сделал фильм о жизни Павлика, но героический подросток так и не появился на большом экране — ленту сочли недостаточно жизнеутверждающей. После страшной смерти Павлик Морозов превратился в коммунистического великомученика и был навечно вписан в историю пионерии под номером 001. Напомню, что Джеймс Бонд был всего лишь № 007. Как следствие, имя Павлика Морозова стало символом предательства, хотя был всего лишь ребенком, который слишком близко к сердцу принял господствующую идеологию. В сущности, он был такой же жертвой машины террора, как и расстрелянный по его доносу отец.
— Ужас какой, — всплеснула руками Леночка, — кошмар. И это он называет минорное, паразит.
— Леночка своими молочными зубами уже заглядывается на мясную пищу, — с удовлетворением констатировал Эвенк, — если так дальше пойдет, я ей скоро разрешу одной по тундре гулять. В одних варежках.
— Слушаю я вас, молодые люди, — сказал Эвенк, после того как вновь выслушал повествование Пятоева в свете вновь открывшихся обстоятельств, — и мне на ум невольно приходит на ум старинная народная мудрость оленеводов Крайнего Севера, которая гласит следующее: «Не надо складывать все яйца в одну мошонку».
— Ух ты! — почему-то радостно всплеснула руками Леночка, но Эвенк проигнорировал ее пронизанный детской непосредственностью возглас.
— Почему вы так уверены, что вашу дочь Наташу похитили? После вашего рассказа у меня в этом возникли глубокие сомнения.
— Почему? — удивился Пятоев.
— Мне это подсказывает мой жизненный опыт старого оленевода. Позволю себе проиллюстрировать свою догадку случаем из жизни. Есть у меня один знакомый. Его зовут Тарас, и он работает старшим медбратом психиатрической больницы. Известен он тем, что носит казацкие усы и расшитые украинскими узорами рубашки, а также любит говорить на украинском языке, которого не знает. Родился он в Казахстане, куда семья его матери была сослана как семья бандеровца, а семья его отца как семья сиониста. Не смотря на подчеркнуто украинскую внешность, включая прическу, он был, и остаются пламенным сионистом-общественником. В течение последних десяти лет, в качестве посланника еврейского агентства, он посещал города и веси необъятного, но почившего в бозе Советского Союза в поисках медсестер и медбратьев, являющихся евреями или членами их семей. Обычно страждущие еврейские медсестры и медбратья собирались в помещениях дворцов культуры и спорта и внимали эмоциональным речам старшего медбрата. Самым убедительным доводом в пользу возвращения на свою историческую родину было совершенно справедливое утверждение, что на свою зарплату медсестра может позволить себе провести отпуск в Париже. Иногда на медбратьев и медсестер с засиженных мухами портретов взирал вождь мирового пролетариата Владимир Ильич Ленин. Это придавало словам старшего медбрата особую весомость.
