Я встала на подножку, махая им на прощанье, но Марк силком втащил меня в автобус, сообщив водителю, что все тела погружены и можно ехать.Луи уступил мне место у окна, а сам сел рядом. Я ещё долго смотрела сверху на Акселя, пытаясь пой мать его малахитовый взгляд. Луи сходил с ума от злости, но, честно говоря, мне было наплевать. Даже Кристина сказала, что я веду себя с ним просто по-свински.— Наконец-то мы уезжаем, — проворчал Луи, когда автобус тронулся с места.
— А мне понравилось…
— Понравилось что? Лупить того немца или целовать?
Мне было трудно выбрать, и я отвернулась к окну. Любвеобильность моя меня точно до добра не доведёт!30 июня 2003 г.По возвращении на родину Луи не давал о себе знать два дня, а потом вдруг позвонил и пригласил в кафе. Ради этого он готов был даже ехать в Сен-Манде. Наверное, понял, что всё равно не добьётся от меня извинений, демонстрируя свою жгучую ревность. Я сначала отказывалась, но, когда он пообещал принести фотографии, сделанные во время концерта, согласилась.Фотоаппарат Луи пронёс, хотя аккредитацию нам так и не дали. Фотографии получились превосходными! Я бессовестно забрала их себе. Обязательно использую эти снимки в своём ревью для «Wild», а потом подарю Кристине.Матильда зовёт поболеть за неё на соревнованиях по конкуру. Кажется, никому это не интересно, кроме меня. И мне тоже не очень интересно. Но я всё равно поеду… Куда только не попрёшься ради любви!Дневник Матильды1 июля ‘03Сегодня был день соревнований!Боже, я так волновалось, что меня даже подташнивать стало. Ирэн так искренне за меня переживала! Удивительно, но она согласилась меня сопровождать.В поезде Ирэн спросила, почему я такая бледная. Я честно призналась, что с утра ничего не ела, за что она меня крепко отругала, а потом купила на станции плитку шоколада и заставила её съесть! Всю целиком! Садистка…Когда мы приехали, препятствия и маршруты были уже расставлены, но на трибунах сидели только «группы поддержки» — родственники и друзья спортсменов.Я переоделась и вернулась на поле. Каска, белые бриджи и рубашка, галстук, чёрный редингот, высокие сапоги со шпорами… Ирэн так впечатлил мой наряд, что она тут же принялась фотографировать меня на телефон.До начала оставалось сорок минут, и я не находила себе места от волнения. Ирэн порывисто обняла меня, даже не сообразив, что может помять мой костюм, и прошептала:— Девочка моя, ну куда ты денешься? Всё равно ты выиграешь!
— У меня очень сильные соперники, — пробормотала я, отстраняясь.
Меня немного смущали все эти нежности. Я уже давно ни с кем не обнималась, только с Мартой и бабушкой…— Ну и плевать! Хочешь, я нашлю на них порчу?
— А ты что, умеешь?!
— Не знаю. Но всегда ведь можно проверить.
