Дезертир полностью

Охранник просто стоял и смотрел на Набиля, потом осмотрел каждого из его сыновей, уставился на Крис.

— Скажи мне что-нибудь, Джордж. У нас грузовик и еще три машины, желающие покинуть стоянку. Я стреляю по водителям, по шинам или разрешаю им убираться куда глаза глядят?

— Я засек две цели, возможно три. Не уверен. Они быстро исчезают, чтобы я смог их засечь. Они продолжают менять частоту и местоположение.

— Скажи мне что-нибудь, Джордж или я начинаю стрелять, — сказал охранник, но ладонь пока еще не дотрагивалась до рукоятки пистолета. Но и не стал махать Набилю, чтобы тот убирался со стоянки.

— Похоже, один сигнал на кухне или, вероятно, в столовой. Другой — на задней парковке. Где-то на северо-востоке.

— Это же половина парковки.

Курильщик пробил окурок в грязную лужу и пошел к задней двери ресторана.

— Нелли, нужно их как-то отвлечь. Дай команду двум жучкам начать передачу в пятьдесят наносекундных колебаний с интервалом не более одной секунды и не меньше половины секунды.

— Сделано.

— Что-то происходит, — донеслось по радио от Джорджа. — Что-то в северо-восточной части на краю парковки.

— Тащи сюда свою задницу.

Серый автомобиль с несколькими штырями-антенами завернул из-за дальнего северо-восточного угла ресторана и медленно двинулся к охраннику. Курильщик остановился, пропуская автомобиль.

— Я его засек, босс. Он прямо передо мной. Чуть двигается.

— Убирайся отсюда, — сказал охранник Набилу, вытащил с пояса аэрозольную банку и начал распылять ее перед собой. Набиль нажал на газ, резко развернулся, всего на несколько миллиметров промахнувшись по нескольким машинам, стоящим на южной стороне стоянки.

— Я ничего не вижу, Джордж, — крикнул сержант, когда Набиль переключил передачу.

— Уверен, что не читаешь чайные листья, Джордж? — последнее, что услышала Крис, когда Набиль выехал на дорогу, вливаясь в трафик.

— Оставь приманки на произвол судьбы.

— Сделано. Могу уже посмотреть, что собрали наши жучки?

— Нет. Только после того, как я скажу.

— И когда это произойдет?

— Ровно тогда, когда я скажу.

— Почему?

— Потому что я так говорю, — чуть не закричала Крис, но ей удалось подавить голос.

— Что там случилось, пап? — спросил младший сын Набиля.

— Не знаю, — сказал Набиль. — Может, узнаем этим вечером.

— Только если они этого захотят, — сказал старший сын, потом взглянул на Крис. Он открыл, было, рот, чтобы что-то сказать, но, подумав получше, скрестил руки на груди и откинулся на спинку сиденья.

Набиль продолжал ехать, дыхание его было быстрым и прерывистым. Он повернула на нескольких перекрестках, казалось, совсем не соблюдая маршрута. Наконец, зыркнул на Крис.

— Сын зятя моей сестры, ты медлительный и неуклюжий, ты мог стоить мне каждой копейки, которую я заработаю сегодня, если бы уронил того ягненка и женщина забрала бы его просто так, не заплатив.

Крис опустила голову, не рискуя произносить ни слова.

— Сегодня вечером я поговорю с сестрой, но тебе я больше не разрешу работать с собой, — грузовик замедлил ход, подъехал к тротуару и остановился.

— Кухня Фатимы на этой улице, — сказал он, показывая направо. — Можешь вернуться туда, а мне нужно заехать еще в два места.

Крис снова опустила голову, быстро открыла дверь и срыгнула на разбитый бетон тротуара. Когда старший сын захлопнул дверь, она услышала, как младший заговорил:

— Пап, этот парень…

— Тихо, сынок, мы больше не будем говорить о нем.

Не успел грузовик тронуться с места, как из окна высунулся старший сын Набиля и подмигнул Крис. Та сделала пару шагов к дому Сорир и решила, что здесь ее маскировка не требует, чтобы она всю дорогу хромала. На минутку прислонившись к стене кожевенной лавки, она вытащила из ботинка камешек, кем-то любезно приклеенный к заднику. На пуленепробиваемый чулок он не влиял, но, несомненно, делал несчастной саму Крис.

Стало хорошо. Крис обнаружила, что размахивает руками, а темп движения естественным образом остался тем, что требовала маскировка. День все еще оставался серым, но Крис чувствовала себя чертовски хорошо из-за отлично выполненной опасной работы. Появилось желание насвистеть какой-нибудь марш, но пришлось проглотить это желание. Здесь такое было бы неуместно. Тем не менее, Крис шла, раскачиваясь по музыку, звучащую в голове.

Мимо медленно проехала черно-белая машина с полицейскими наклейками на дверях. Обычная, сумасшедшая суета движения расступалась перед ней, освобождая дорогу. Крис ускорила шаг, опустила голову, снова превращаясь в скромного арабского подростка. Женщина на переднем сиденье держала дробовик и настороженно осматривала окрестности на триста шестьдесят градусов, точно так же, как недавно это делал Джек. Ее взгляд остановился на Крис, потом отправился дальше.