—
Приучая каждую мышцу тела ходить так же, как другие молодые люди на улице, Крис прошла мимо лавки с зеленью, миновала магазин одежды, потом ювелирную лавку, кожевенную, магазин одежды, все маленькие помещения, наверное, принадлежавшие людям, стоящим у дверей и зазывая к себе прохожих или болтая о чем-то с владельцем соседнего магазина. Крис собралась было перейти улицу, как мимо промчалась еще одна черно-белая машина. Крис перешла на другую сторону улицы, прислонилась к стене фруктовой лавки, пытаясь определить, куда же так торопятся полицейские.
Вот уж вряд ли где-то происходит слет полицейских. Невдалеке завыла сирена, но быстро замолчала. В поле зрения никаких проблесковых маячков. Крис прогулялась до перекрестка. Прошла несколько лавок, выписывая зигзаги, позволявшие с помощью окон проверить, нет ли за ней слежки.
Если кто и следил, делал это слишком хорошо, чтобы она могла егообнаружить. Мимо проехало еще несколько полицейских машин, но к ней интереса никто не проявил. Через пять минут зигзагов и единственного сообщения от Нелли: «
— Хорошо, что ты, наконец, появилась, — рыкнула Сорир. — Набиля задержали. На него у них ничего нет, но навесят много что, если найдут молодого парнишку, которого ищут. Этот парнишка должен исчезнуть. Вот, переоденься вот в это, — Сорир протянула Крис сверток, из которого выпала одежда, которую Крис видела на нескольких женщинах на улице. — Снимай обувь, — приказала Сорир. — Ты должна быть босиком.
Крис шатнуло. Набиль с сыновьями не при делах. Что тот охранник сделает с ними? Оцепенев, она разулась, сняла кепку. Накинув паранджу, автоматом проверила, цела ли антенна.
— Ходи так, словно беременна, — сказала Сорир. — Иди за мной.
— Ходить как кто?
— Ты видела женщин… — начала Сорир, но Крис ее перебила.
— Только не среди своих знакомых.
Сорир схватила пятигалонную банку с томатной пастой.
— Вот, воткни ее в штаны.
Крис сделала, как сказали. Банка весила, наверное, фунтов тридцать, что выбило ее из равновесия и сделало неловкой.
— Это и есть ходить, как беременная?
— Примерно. Иди за мной.
Сорир вышла в заднюю дверь и быстро провела Крис по переулку к маленькой двери, ведущей к узкой лестнице. Наверху обнаружилась большая комната, освещаемая только лившимся из небольших окошек на высокой крыше светом, падавшим на груды темной ткани и большие тюки ярких нитей. В лучах кружилась пыль. В тени обнаружились четыре женщины, закутанные в такие же одеяния, как и Крис. Они вплетали цветные нити в наполовину уже сплетенный ковер, свисающий со стены. Компанию им составляли три малыша, еще двое младенцев лежали в корзинках. В помещении пахло пылью и тканью, женщинами и младенцами. Одна из женщин, самая маленькая, прервала плетение. Паранджа закрывала все лицо, но Крис вздрогнула, встретившись через ткань с острым взглядом, который не упускал ничего.
— Значит, это она, — произнес голос, старческий, но твердый. — Ты много просишь, жена моего младшего сына.
— Я прошу только о том, — поклонилась Сорир, — что нужно ему. Ему и всем нам.
— Уверена? — спросила пожилая женщина, потянулась к Крис и, после одного промаха, взяла ту за локоть. — Тогда мы сделаем так, как того желает Аллах. Будешь работать с Тиной. Она самая медленная из нас, может, сможешь помочь ей работать побыстрее. Она беременна и покажет тебе, как нужно ходить. Сейчас ты ходишь, как солдат.
— Я постараюсь, — пискнула Крис.
Сорир развернулась к выходу, но, сделав шаг, остановилась.
— Ты не босиком, сударыня.
— Я разулась, — возразила Крис.
— На тебе чулки. Ни одна скромная женщина такого не наденет.
Крис вспомнила, что на ней надето и сейчас скрыто паранджой. Рубашка и штаны, надетые на бронированный комбинезон. В нормальной ситуации все это должно ее защитить. Здесь же выдаст быстрее, чем если она наденет клоунский костюм. Никакие ножницы не справятся с сшитыми из супер-паучьего шелка чулками.
— Минутку, — сказала Крис и быстро избавилась от рубашки и штанов. Они исчезли под грудой тряпок. Следом пояс. С бронированным трико пришлось повозиться. Нелли насчитала восьмой, то ли девятый полицейский экипаж, остановившийся в этом районе, когда Крис избавилась от трико.
Старуха взяла его, приподняла, вглядываясь. Понюхала и спросила.
— И что нам с этим делать?
— Пусть Тина обернет его вокруг живота, — предложила Сорир.
— Нет, с внучкой я такого не сделаю, — сказала старуха и посмотрела на Крис. — Ты чужачка, оберни его вокруг себя. Пусть никто не скажет, что мы знали, что тут творится.
— Оставлю на себе, — сказала Крис, забирая трико обратно, обернула его на поясе —
