— Вижу, ты уже в курсе, — её голос был мёдом для моих ушей, он казался таким знакомым и родным. Но разговор можно было бы начать и по-другому, но будь я на её месте, так же бы поступила.
— Нет, я запуталась, но ты явно знаешь всю историю, так расскажи мне её, пожалуйста, — она кивнула, взяла мою руку в свою, но потом тут же опустила
— Всё, что говорится в статьях, это правда, но то, что тебе рассказал Лео-нет. Точнее частично. Начнём с того, что сестру Лео звали Эмилия, но все её звали Мия, то что ей было восемнадцать, когда она забеременела это не правда, она залетела в шестнадцать. Эмилия старше Лео на одиннадцать лет, ей сейчас могло быть тридцать один год. Идём дальше. Она со своим любящим мужем обсуждали до родов как назовут дочерей, тройняшек, но своим знакомым и друзьям, сказали, что родится всего одна девочка. Они выбрали следующие имена: Агнес, Мия и Агмия, но во время родов, Эмилия скончалась, так же как и Агмия, осталось всего две дочки. Агнес и Мия, — её рассказ был печальным, она ещё вдобавок говорила грустным, скучающим голосом. Зачем Лео меня обманул? Но суть рассказа до меня никак не доходила, значит где-то есть ещё одна Браун, осталось её найти, — Вижу до тебя смысл не дошёл. Мы с тобой сёстры, мы наследницы Эмилии Браун, наследники Амелии Браун.
— Но такое не возможно, у меня есть родители, с которыми я живу всю свою жизнь, — искала оправдания я, но всё прошло безуспешно, мне не хотелось в это верить, что мои любящие родители, Анна и Георг, врали мне всю жизнь.
— Хорошо, что не веришь. Но это правда. На твоей правой руке, чуть выше запястья есть маленький треугольничек, основание у которого вверху, у меня на руке тоже на правой такой же. Если и этого мало, то на левой ноге, ближе к бедру есть месяцеобразное родимое пятно, у меня тоже оно есть, могу показать. Ты родилась пятнадцатого мая, ровно в девять часов утра. Ты не похожа на родителей. В Лео и во мне чувствуешь что-то родное. Но самое главное, что ты точная копия нашей матери, такие руки, губы, глаза, у вас, у нас одни гены. Если не веришь, бери свою подругу и поехали в госпиталь, посмотрим карту твоей "мамы", — я поверила ей на слово, столько доказательств и все они правдивы, только я знала о существование родимого пятна на бедре, даже Стив, которые видел меня обнажённой этого не заметил.
— То есть я не Купер, а Браун? — вопрос не требовал ответа, он был риторическим
Как такое возможно? Получается, что я приёмная. Мне врали все, родители, Лео… Во мне кипел гнев от постоянного вранья, Агнес только сказала мне правду. В этот момент, я поняла нашу с ней кровную связь, она была и вправду на меня похожа, она моя родная душа. У меня есть сестра, родная, но младшего брата к сожалению не будет.
Мы с Агнес, моей сестрой и единственной родственницой пошли вместе к Эмме, рассказывать ей всю историю. И как мне таперь называть родителей, точнее моих опекунов? Миссис Анна и мистер Георг? Анна и Георг? Они точно больше не мои родители, ведь мои умерли, мама во время родов, папа от пьянства, после смерти своей жены. Так что у меня только сестра, мы должны быть друг для друга поддержкой, чтобы и её не потерять. Я никогда не видела отца, он наверно был красавцев, раз у него такая красивая дочь, как Агнес.
Эмма ждала нас на своём месте, когда увидела нас двоих, то вскочила с места и спросила почему нас так долго не было.
— У нас были семейные разборки, — пошутила я, хотя это не шутка а жизнь. Брови Эммы свелись к переносице, она явно этого не ожидала, так же как и я.
Самое страшное, чего я ожидала, так это узнать, что я приёмыш или подкидыш. Агнес объяснила, как я оказалась у Куперов, когда нам было по три года, мы гуляли на детской площадке, я затерялась и меня нашли Куперы и приютили. С тех пор нас разделяли сотни километров домов и этажей, пока мы не переехали.
Агнес всё подробно изложила нашу семейную трагедию, приводя доказательства, мне было ещё раз интересно послушать эту историю. Мама(моя настоящая, Эмилия), мечтала поступить на дизайнеры, она шила себе платья, была лучезарной девушкой, но слишком рано умерла. Папа(его звали Арчи) до запоя, во всём помогал маме, работал в городской газете, но с Агнес он пробыл буквально до тринадцати, когда сочтёл его за взрослую девушку. Она жила одна все эти годы, все два года, но ведь ей было известно, что где-то там, есть сестра, как её зовут она знала, но не пришла, ссылаясь на то, что меня нет в городе.
