— Никакой дуэли, синьор! Я же сказал, что просто отрежу ваше ухо и отпущу на все четыре стороны. Если вы, конечно, извинитесь, что отвлекли меня от дел.
— Если это не дуэль, — я усмехнулся, — то вами, синьор Неотёсанный Медведь, займётся мой друг Киж. Познакомьтесь, Дмитрий Иванович обожает драться и учить хорошим манерам. Сейчас он преподаст вам первый урок вежливости.
Киж будто засветился от счастья.
— Спасибо, Константин Платонович! Ай, спасибо! Вот это сюрприз! Умеете вы делать настоящие княжеские подарки!
Он шагнул вперёд и церемонно поклонился. Обнажил оружие, расхохотался и указал на Рыжего Медведя. И сделал оскорбительный жест, понятный каждому мужчине, вне зависимости от того, на каком языке тот говорит.
Роспильози побагровел, выпучил глаза и зарычал, оправдывая своё прозвище. А затем кинулся на Кижа, размахивая тяжёлым клинком, будто зубочисткой.
Начало потасовки Роспильози воспринял с восторгом и радостной удалью. Но после первых обменов ударами на его лице появилось лёгкое удивление. Киж, почти в полтора раза меньше его, оказался сильнее, гораздо гибче и подвижнее. Словно охотничий пёс, он наскакивал на Медведя, атакуя с разных сторон. Как жидкий металл, постоянно в движении, он не давал ни секунды на передышку.
— Р-р-р-р!
Медведь рычал, размашисто отбивая удары и не уступая Кижу в ярости. Там, где не мог взять в ловкости, он брал силой. Иногда чуть не сбивая мертвеца с ног неимоверной мощью.
Впрочем, насладиться зрелищем эпической схватки в полной мере не удалось. Моряки, видя, что предводитель завяз в драке, решили коллективно разобраться со мной. Люди они были простые, не обременённые заморочками чести и действовали как привыкли. То есть безусловно поддерживали своего патрона, как и положено хорошим слугам и товарищам по морскому ремеслу.
Толпа моряков обтекла дерущихся Кижа и Роспильози с двух сторон, беря меня в клещи. Тесаки в руках драчунов блестели рыбинами, всплывшими из глубины, бандитские рожи лыбились, предчувствуя лёгкую добычу, а голоса напоминали завывание своры, идущей на охоту.
— Вынужден разочаровать вас, синьоры. Сегодня я не в настроении.
— Не беспокойся, красавчик! — шедший впереди моряк осклабился, показав порченые зубы. — Тебе сейчас будет очень весело!
— Возможно.
Устраивать маленькую «жатву» я не собирался. Зачем? Я же не Джурьефф, в конце концов, чтобы делать из мёртвых моряков многорукого кадавра. Да и слухи о моей кровожадности сильно преувеличены. Так что я просто швырнул в этих остолопов чистым эфиром, даже не «разогревая» его до всполоха. Так, будто птичка крылышком махнула, отгоняя назойливых букашек.
Бумс!
Вся толпа полетела на землю, кувыркаясь, словно кегли.
— А-а-а-а!
Кто-то заорал, приложившись об острые камни лицом. Другие отплёвывались и вскакивали на ноги. А самые умные, или хитрые, начали отползать в сторону.
— Синьоры, вы не поняли с первого раза?
Я зажёг на пальцах синий огонь и посмотрел на моряков через пламя.
— Stregone!
— Strega!
— Спасайся!
— Бей колдуна!
Моряки разделились. Одни кинулись прочь, другие, самые смелые или дурные, рванули ко мне.
В этот раз я швырнул их жёстче, повысив плотность эфира, а заодно сделав его видимым. Думаю, им показалось, будто их сбил дормез на полном ходу. Кажется, не обошлось без пары сломанных рук, свёрнутых носов и одного оторванного пальца.
— Синьоры, — я сложил руки на груди и оглядел фигуры на земле, — не отвлекайте меня. Я хочу посмотреть, как дерётся ваш господин. Вам бы тоже не помешало взглянуть — очень поучительное зрелище.
А Киж и Роспильози перешли в ту стадию, когда бойцы уже не видят никого, кроме противника. Медведь стал выдыхаться, удары его потеряли былое изящество, он стал спотыкаться, но сдаваться не собирался. А Киж был по-прежнему свеж, лыбился и успевал материться по-русски между ударами. И, судя по всему, Роспильози прекрасно понимал, что именно ему говорят.
— Дмитрий Иванович!
Мне пришлось несколько раз позвать Кижа, чтобы тот услышал и ответил.
— Да, Костя! Сейчас уже заканчиваю!
— Мне он нужен живым и более менее целым. Сможешь?
— Обижаешь! Сделаю!
Медведь зарычал во всю мочь и кинулся в последнюю атаку. Его клинок чуть не перерубил Кижа пополам, но тот увернулся в последний момент. Ловким ударом мертвец выбил оружие у противника и скакнул вперёд. Подпрыгнул и ударил Роспильози лбом в лицо.
Что-то хрустнуло. Медведь свёл глаза к переносице, зашатался и медленно стал оседать на землю.
— Dio porco! Non me ne frega un cazzo… Stronzo…
— Как и просили, Константин Платонович, — Киж улыбнулся. — Отлично развлеклись.
— Да, неплохо. — Я обернулся к морякам и указал пальцем на самого целого. — Тащи воду!
— Зачем, синьор? — он выпучился на меня и захлопал глазами.
— Будем приводить в чувство вашего Медведя. Не оставлю же я благородного синьора лежать ночью на земле, будто бродягу.
— Не надо воды, синьор! Для этого есть вино! Едва наш Рыжий Медведь почувствует запах молодого вина, он сам очнётся!
