Вероятностную картину современной исторической ситуации многие оценивают как критическую по отношению ко всему человечеству. Особенно демонстративные ученые делают вполне определенные архизаключения о «гибели культуры» и «потери смысла жизни» особенно среди молодого поколения людей Что это? Откуда такая «вероятностность»? Если она основана на социологии или политологических исследованиях как тренд изменения их откликов, то такая вероятностность имеет мало общего с историей или глобализмом. Поскольку не учитываются исторические условия формирования и действия настоящего. А сами мы стоим возле «часовни духа у дорог истории», то есть на кривом растрепанном веками распутье. Социетальный глобализм должен помогать в любом случае, нужно только правильно его осмыслить.
Обычно считается, что настоящее формируется человеком. Но это совершенно-далеко не так, поскольку в этой «кухне» задействуется не только он, но и объективность социетального глобализма. К тому же влияет история – как трансформатор общественных мнений на поступки личности. Значит, уроки истории пошли-таки невпрок. Вероятностность указанной траектории и процесс развития без учета исторической ситуации, без конвергенции множества мнений не может быть достаточно высокой. Причем, здесь важны не сами героические исторические факты, а то, что концептивно стоит за ними, как «молитвословое прощение». То есть, важны тенденция, рефлексия, процесс, которые закладываются в ходе глобализации общества.
Наивно полагать, что вожделенное информационное общество с человеком во главе придет само собой. В истории было множество утопий, когда подспудно-желаемое (явленное) выдавалось за благую действительность (процесс). Да, звучит гордо: «Человек открыто делает свою историю». Но такой эголитаризм – достижение всеобщего равенства – должен быть объективно обоснован. Пока история остается на задворках существования человечества, такого объективного основания не видится. Социетальный глобализм проявляется, прежде всего, в направленности общества. Если оно идет «не туда» или не достигает того, «что должно быть», значит, возобладал субъективный негативный фактор.
После такого горького высказывания воистину делается солончаково-тоскливо. Ведь известный «Великий Вселенский План» Алисы Бейли искажает все и вся в диалектическом глобализм. Он даже выступает в ранге Господа нашего. Тогда все становится мировым: и религия, и правительство и сообщество, и весь духовный и материальный мир. Разве это реально? Тем более что все оказывается в руках неких авантюристов-эзотериков, утонченный ментальный склад которых, якобы, «культивирует дух сотрудничества». Вместе с тем, они проповедую дух «глобальной чистки, оправдывая даже войны. Это ли диалектика глобализма? Нет, это его извращение. И все это под эгидой святой евгеники.
Зло не может быть воплощено в канву общества даже в ходе социетального глобализма. Основы пресловутой «психоделической революции» Стива Джобса и Билла Гейтса выводят общество из-под контроля людей. А значит, граничат с безумием бесноватых, которых опьянил телекоммуникационный бум напару с жаждой наживы. Такие галлюцинации «ясновидящих» выходят на новейшие технологии искажения глобализма. Но они, тем не менее, преподносятся обществу как «божья роса». Так естественное превращают в искусственные суррогаты измененного неглобализмом сознания общества.
Глобализация общества должно основываться, прежде всего, на анализе и синтезе фундаментализма исторических событий. Та же мир-система Иммануила Валлерстайна уходит на дно политических структур древности и черпает там основания гуманитарных наук и человечности. Его мир-системный анализ в принципе диалектичен, историчен и даже подходит к некоему подобию целостности глобализации общества. Исторические системы сами по себе не могут развиваться, их следовало бы поднимать и оживлять. Тем более что в новейшее время технические возможности для этих целей громадные. Так появилась бы возможность создания истинно научно-диалектической картины мироздания. Тогда сама глобализация общества приобрела бы черты устойчивого развития с прогнозируемыми футурологическими концепциями.
Очевидно, справедливо высказывание: «Переход от прежней системы мироустройства к глобальной сам по себе не может не сопровождаться существенной социальной напряженностью». Однако само такое устройство должно иметь прочную базу существования. Если же говорить, что в современном мире нарастают тенденции хаотического развития, тогда невозможно осознавать всю глубину глобальной кризисной обстановки в обществе. Предсказываемы «новые глобальные системы» не могут быть общественными в принципе. Значит, налицо апокалиптизм настроений в обществе, который, отнюдь, чужд разумному глобализму.
