Диалоги полностью

С т у д е н т  в  м у н д и р е. Мы примем участие, но я сделаю свое заявление.

У л ь я н о в (взобравшись на стул). Сходка должна идти, как намечено, господа! Все так, как обговорено на собраниях землячеств! После пощечины инспектору…

А л е к с е е в. Сделаю, ребята! Сделаю!

У л ь я н о в (не обращая внимания на крик). После пощечины инспектору — петиция о невозможности русской жизни вообще и студенческой в частности! Это главное! Политические требования — главное! И как итог — на стол входные билеты! Прошения об увольнении! Это должно быть чисто политическое выступление! Важно, чтобы никто не смог ему придать уголовный характер! Только если мы будем действовать как один организм!.. Только в этом случае!..

С м е л я н с к и й. Любое отклонение от намеченного студенческий суд будет рассматривать как провокацию!

Распахнув дверь, вбегает  Ф а д е е в.

Ф а д е е в. В географическом кабинете!.. Несколько человек. Дверь заперли. Хотят отсидеться! Пошли, кто поздоровей!

Несколько студентов вместе с Фадеевым уходят.

С м е л я н с к и й (вслед им). Никого не выпускать! Из университета никого!

У л ь я н о в (вынимает часы, смотрит). Еще несколько минут!

Кучки, группки, возбужденные разговоры — последняя степень напряжения, последняя степень готовности перед броском.

П о р т у г а л о в. Никонова почему-то нет. Надо по аудиториям! И всех в зал! Каждого!

С м е л я н с к и й. Ветеринары бы!.. Если они поддержат… Нервный мандраж, а? Меня уже трясет!

У л ь я н о в. Поднимется ли весь университет? В этом все дело! Да, зуд нервный!.. Тело уже все летит!

Кто-то торкается в дверь. Вдруг истошный крик: «Нас заперли!» Растерянность. Смятение. Решимость. Злоба.

Г о л о с а. Бей! Навались!

— Еще раз! Где наша не пропадала!

У л ь я н о в. В окна! Пошли в окна!

Удары в дверь спрессованного, многорукого, разъяренного человеческого тела. Дверь трещит, распахивается, и толпа по коридорам.

Полет толпы.

Г о л о с а. На сходку! На сходку!

Визг, рев, гам, крик. Топот сотен людей. Из аудиторий, коридоров, кабинетов. Шум то затихает немного, сливаясь в сплошной гул, то опять накатывает новой волной. В нем — мощь молодости, полная неистовства и силы…

Ночь. Губернское жандармское управление. Слышен топот ног, голоса. Г а н г а р д т  позвякивает ложечкой в стакане. Стакан с чаем стоит и перед  С м е л я н с к и м. Он не притрагивается к нему.

Г а н г а р д т. Все волнения кончились у вашей компании, Сергей Вениаминович. А у меня работа, работа. Как, вы считаете, нужно относиться к тем, кто наваливает на вас лишнюю обузу, хлопоты?

Входит  М а н г у ш е в с к и й.

М а н г у ш е в с к и й. Господин полковник… (Протягивает бумагу.)

Г а н г а р д т. Люблю такие списочки, ротмистр… Уже доставлены?

М а н г у ш е в с к и й. Там помечено, кто…

Г а н г а р д т. А где Бронский? Где он все-таки?

М а н г у ш е в с к и й. Были. Не оказалось.

Г а н г а р д т. Пошлите еще. Сегодня же арестовать!.. Португалова не вижу? Ульянова?

М а н г у ш е в с к и й. За ними поехали. Не хватает людей, Николай Иванович.

Г а н г а р д т. Пусть не канителятся! Ночь большой охоты. Надо пошевелиться!.. Вот видите, господин Смелянский, не хватает людей, свои проблемы. А что было бы, в какое положение вы бы поставили нас, если бы все получилось так, как вами замышлялось? Слава богу! Пока еще он присматривает за землей.

С м е л я н с к и й. Сделали, что смогли. Напрасно радуетесь.

Мангушевский выходит.

Г а н г а р д т (вслед ему). Всех, ротмистр! Всех! И немедленно! (Смелянскому.) Вы что-то сказали?

С м е л я н с к и й. Примеряете смирительную рубашку на человека? Вырезали ему язык в Петербурге, Москве, Киеве, вырезаете теперь его в Казани. А вдруг он заговорит в Одессе, Женеве, Владимире?

Г а н г а р д т. Я уважаю убеждения, господин Смелянский. (Смеется.) С убежденными в чем-то людьми интереснее работать. Но самое интригующее в нашей работе знаете что? Ломать убеждения. Убивать потребность в них… в человеке.

С м е л я н с к и й. История каждому дает какую-то работу. Все не сломаете.