– Сейчас на экраны выходит много фильмов о былых победах наших спортсменов. Каковы ваши впечатления от кинематографического образа «красной машины» в фильме «Легенда № 17»?
– Этот фильм больше не о спорте, потому что там много искажений. Там больше про воспитание подрастающего поколения. Потом вышли картины гораздо лучше – «Движение вверх» о баскетболистах и «Тает лед» о фигуристах. Хорошо бы сняли фильмы про все виды спорта. Спорт высших достижений – это не просто спорт, это адская работа, как сталевары, с утра до вечера пашем. Это здорово, что о нас стали снимать фильмы. Фильмы эти – какие хуже, какие лучше – говорят, что были такие люди, которые прославляли нашу страну, и этим они показывают прекрасные примеры нынешним школьникам. Ведь сегодня многие не знают современных спортсменов, а тем более тех, кому уже далеко за пятьдесят. Вот видят фильм «Движение вверх» и понимают, что был такой великий баскетболист Белов. Также про Яшина сняли фильм. Это же суперлегенда!
– А что вы думаете о вашем экранном образе в этом фильме?
– Знаете, говорят, что из всего этого фильма более-менее на себя похож мой персонаж. (Улыбается.) Когда мы в Сочи вместе с президентом смотрели эту картину, там была дочь Тарасова. Она сказала: «Да, актер непохож на отца, но характер его». Я тоже узнавал, например, в партийном работнике копию советских чиновников. Борис Щербаков очень точно сыграл роль отца Харламова. Если бы я был консультантом, то сказал бы про некоторые ляпы. Но что сделано, то сделано. В целом фильм удался. В то время канадцы представляли нас медведями, а когда встретились, поняли, что мы нормальные люди, да еще здорово играем в хоккей. «Легенду № 17» я смотрел раз пять, многие, кто видел его впервые, плакали и хлопали. Не давали уходить из зала. Когда мой внук смотрел этот фильм, он спросил у мамы: «А что, мой дедушка с Валерой Харламовым играл?» Понимаете, он искренне спросил, потому что не знал. Харламов – это просто вершина… Фильм отлично показал, как мы трудились. У меня на душе скребут кошки, когда вижу, как мама несет тяжеленную сумку с формой, а мальчик-хоккеист идет с клюшкой. Я не могу просто пройти мимо и говорю: «Как же вам не стыдно! Кого вы так воспитаете?» – «Ну, он устал». Для чего же он тогда в хоккей пошел, если он форму не может таскать?!
Был похожий случай и у нас в семье. Тренировка у внука. Я высадил его с бабушкой и стал отъезжать. Смотрю в зеркало заднего вида – бабушка несет рюкзак, а он налегке. Не поленился развернуться и сказать ему: «Еще раз такое увижу, с хоккеем завяжешь!»
– Стартовал очередной чемпионат мира по хоккею. Как вы оцениваете шансы нашей команды на этом мундиале?
– Шансы у всех есть. Надо самим играть. Задача у национальной сборной должна быть одна – всегда бороться за первое место. Иногда не получается, но я могу сказать, что наш хоккей находится на очень высоком уровне. Это позволяет федерации ставить перед игроками самые высокие требования. Так что болею за сборную. Борьба характеров в спорте высших достижений не прекращается ни на секунду, стоит чуть оступиться, и тебя съедят. Каждый, кто достиг какого-то Олимпа, не хочет с него сходить, и надо перебороть его, чтобы занять это место. Тогда и будет развитие спорта высших достижений. То же самое и в школе.
– Как строится ваша жизнь сегодня? Находите время посещать, к примеру, домашние матчи ЦСКА?
– Домашние матчи ЦСКА я посещаю всегда. Когда я еще не был в наблюдательном совете клуба, то ходил и на матчи других московских команд – «Спартака», «Динамо», сейчас на это не остается времени. Провожу встречи в детских спортивных школах. Есть чем заняться. Это мое любимое дело. Когда меня приглашают, я с удовольствием соглашаюсь.
– Борис Петрович, бывают такие ситуации, когда вы снова выходите на лед?
– Скажу честно, нет. Я до какого-то времени играл за ветеранов, но потом понял, что мне это не надо. После того как я закончил тренерскую работу, не встаю на коньки. Только прогуливаюсь с женой, слушаю эстрадную музыку и смотрю детективы, но активный спорт оставил. Нет внутренней потребности и желания. Как-то попробовал покрутить педали на велотренажере. Ноги заболели, лежу, думаю: «Борь, а тебе это надо?» И понял, что не надо. Так что на коньки я уже лет десять не встаю. Зато прихожу в Клуб легенд, зайду на тренировку, поговорю с ребятами, ветеранами, вспоминаем совместные игры. Когда приглашают на лед, отшучиваюсь, что у меня нет коньков.
