Она скользнула в свою каюту, заперла дверь на засов и подбежала к окну. Как она и ожидала, ей было слышно все, что говорилось наверху на юте.
– Капитан, распорядитесь о поиске одежды прокаженного, – сказал ее муж. – Перетряхните весь корабль.
– Да, мой господин. – Послышались шаги капитана. Спустя мгновение он уже подзывал Исаака Ларма.
– Вы правда верите, что кто-то рядится в мертвеца? – недоуменно спросил Рейньер ван Схотен.
– Сэмми считает, что да, – поправил его Арент. – И очень загадочно обставляет свои действия.
– А почему Пипс так уверен, что это не воскресший Боси? – с тревогой спросил ван Схотен. – Когда я был мальчишкой, на нашу деревню наслала бед ведьма. Каждый вечер дети собирались в лесу и вызывали ее песенкой. Скот бесновался, молоко скисало, в полях гибли хлеба.
Повисла задумчивая тишина, а затем генерал-губернатор осведомился:
– А вы что об этом думаете, Вос?
– Есть силы, с которыми Сэмюэлю Пипсу не справиться. Их существование представляется мне более правдоподобным, чем его версия. – Обычно монотонный голос Воса дрогнул. – Чтобы кто-то голыми руками прожег доски? Пальцами проделал в них дыры? Нет, это не человеческих рук дело.
Арент начал было возражать, но Вос его перебил:
– Рядиться в прокаженного – несусветная глупость! Прокаженные всюду вызывают ужас и отвращение. В чем выгода от такого обличья?
– Именно такими вопросами обычно и задается Сэмми. И всегда находит на них ответы, – заметил Арент. – Что бы он ни совершил в Батавии, теперь это не имеет значения.
– Легко говорить, если не знаешь, в чем состоят его преступления, – ответил генерал-губернатор.
Саре был знаком этот задумчивый тон. Наверняка муж прикрыл глаза и потирает лоб, словно от этого мысли потекут быстрее.
Наконец он заговорил столь значительно, будто пересказывал слова самого Господа:
– Приказываю флотилии встать на якорь, мастер-негоциант! Велите капитанам осмотреть корабли. Пусть ищут следы прокаженного снаружи и лохмотья – внутри. Доложат лично мне, когда пробьет восемь склянок. Все ясно?
Слушатели выразили согласие.
– Все свободны. Вос, задержитесь на минутку, нам нужно поговорить.
В окно ворвался такой сильный порыв ветра, что струны арфы звякнули. На палубе наверху раздались шаги, животные в клетках зашумели. Скрипнули ступеньки трапа, потом голоса затихли.
Сара ждала с бешено бьющимся сердцем. Ей несдобровать, если муж узнает, что она подслушивает, но собственные действия будоражили кровь. Она мало в чем могла ему не подчиниться, а за сегодня ей это удалось уже дважды.
– Вы хорошо потрудились, – похвалил генерал-губернатор Воса.
– Благодарю, мой господин.
Наступило долгое молчание. Можно было подумать, что все ушли, но Сара слышала, как муж длинными ногтями царапает деревяшку, – верный знак того, что он обеспокоен.
– Знаете, Вос, что произойдет, если призвать демона? – наконец спросил генерал-губернатор.
У Сары перехватило дыхание.
– Догадываюсь, – сухо ответил Вос.
– Он может вырваться на свободу. – Муж Сары обеспокоенно вздохнул. – Старый Том сделал меня тем, кем я стал. – (Сара ахнула, но тут же прикрыла рот рукой.) – Похоже, кто-то на корабле призвал его. Вопрос в том, кто это и чего он хочет.
– Точно так же, как тридцать лет назад, мой господин. Я полагаю, скоро демон предложит сделку. Надо предугадать, чего он потребует, и решить, какую цену мы готовы заплатить.
– Предпочитаю ничего не платить. Уже давно никто не смеет указывать мне, что делать. Вы написали имена, которые я просил?
– Те, которые смог припомнить. Много времени прошло с тех пор, как мы выпустили в мир Старого Тома. Список у вас на столе… но если позволите мне сказать…
– Что, Вос?
– Есть подходящий человек.
– Арент, – подсказал генерал-губернатор.
– Он вернулся, и метка появилась вновь. Таких совпадений не бывает.
– Я понимаю, о чем вы, но не вижу мотива.
– Возможно, он наконец вспомнил, что произошло в лесу и почему у него на запястье метка Старого Тома. Мой господин, он может знать, чем вы заплатили за то, чтобы вызвать демона.
На корабле шли шумные поиски. Все ящики вскрыли. Матросы жаловались, что все их пожитки перетряхнули. Паруса были убраны, якоря брошены, к борту причалили шлюпки. Капитаны флотилии неохотно, с ворчанием, поднимались по веревочным трапам на палубу флагманского корабля. Ларм старался не попадаться им на глаза.
Он забрался на деревянного льва на самом носу корабля и, болтая коротенькими ножками над волнами, хмуро стругал деревяшку. Так далеко больше никто не забирался. Недоставало проворства.
А еще там ужасно воняло.
Ларм сидел прямо перед бикгедом – маленькой решетчатой площадкой, стоя на которой матросы облегчались за борт. Все вокруг было загажено, но Ларм считал это небольшой ценой за возможность полностью уединиться.
