– Ты сам говорил, что это твое последнее плавание, – продолжал констебль. – Что тебе надо кормить голодные рты, а денег не хватает.
– Поболтай еще про мои дела, и я тебе кровь пущу! – прорычал Вик, но было ясно, что он прикидывает выгоду.
Арент осознавал, какое впечатление его размеры производят на окружающих, и научился предугадывать, когда соперник трусливо отступит, а когда пойдет на него с кулаками в обиде на то, что Арент не хочет уменьшаться в его присутствии.
Вик расчетливо оглядел Арента, отметив, что он пригибается, чтобы не задеть потолок, и полностью заслоняет собой дверной проем, и спросил, почесывая ухо грязным пальцем:
– А взамен ты хочешь получить ответы на твои вопросы, так?
Арент кивнул.
– И больше ничего?
– Ничего, – подтвердил Арент. – За твои ответы я заплачу своим унижением.
Вик обратил злобный взгляд на констебля:
– А ты что с этого поимеешь, жадный старый хрыч?
– Поставлю против Арента, – хихикнул констебль. – Уж точно один такой буду.
Вик хмыкнул и хитро кивнул:
– Драки без повода на корабле запрещены. Иначе – порка. Ничего, через пару часов я придумаю, с какой жалобой пойти к Исааку Ларму. – Он выковырял комок серы из уха и щелчком отправил его на пол. – Только попробуй меня обмануть, прирежу.
На выходе Вик чуть не столкнулся с Доротеей. Та суетливо озиралась вокруг, а когда увидела Арента, по ее лицу разлилось облегчение.
– Лейтенант Хейс, я вас везде ищу. У госпожи есть новости о прокаженном.
Привязавшись веревкой к бизань-мачте, Кроуэлс выбрался на крышу каюты внизу. Под ним бурлила пенная вода. Он искал следы прокаженного на нижней части корпуса корабля.
– Ну что, капитан?! – прокричала Сара с юта.
– Тянутся до самой ватерлинии, – прокричал Кроуэлс, засовывая пальцы в дыры, оставленные прокаженным. – Вы были правы, ваша милость. Прошу прощения, что усомнился.
Сара была не злопамятна, но обида на ван Схотена не проходила. Она повернулась к нему:
– А вы, мастер-негоциант? По-прежнему считаете, что я все выдумала?
– Нет, – недовольно признал ван Схотен и чуть не споткнулся об собственную ногу.
Он уже был пьян и сегодня хотя бы не перепутал детали туалета, но от этого лучше выглядеть не стал.
Ночью Кресси утверждала, что мастер-негоциант страдает от какой-то душевной боли. Что же ее вызывало?
Он явно был сам не свой.
– Вы обвинили мою жену в истерии, ван Схотен, – строго сказал генерал-губернатор и удостоился резкого взгляда Сары, поскольку вчера не оспаривал вердикт мастера-негоцианта. – А сами еле на ногах держитесь. Немедленно извинитесь.
– Прошу прощения, ваша милость, – пробормотал ван Схотен, униженно переступая с ноги на ногу.
Упрекая себя за мелочность, Сара смотрела, как Арент помогает Кроуэлсу перебраться через леера. Оказавшись на палубе, тот первым делом оглядел свой великолепный наряд и с глубоким сожалением уставился на пятно смолы на рубашке.
– Извинения принимаются, мастер-негоциант, – ответила Сара. – Но сейчас гораздо важнее то, какие действия вы собираетесь предпринять.
– Это не твоя забота, Сара. – Генерал-губернатор махнул рукой с заостренными ногтями в сторону ее каюты. – Уверен, у тебя полно других дел.
– Муж мой…
Генерал-губернатор жестом подозвал капитана стражи:
– Сопроводите мою жену в каюту.
– Пойдемте, госпожа, – сказал Дрехт, поправляя шпагу на боку.
Расстроенная, Сара неохотно последовала за Дрехтом. Она-то созвала всех на палубу, чтобы увидеть их реакцию на следы прокаженного.
Ее муж был неприятно удивлен, а Вос дожидался его около хлева, очевидно досадуя, что его оторвали от дел. Если его и беспокоили следы, он этого не показывал. Дрехт, который так яро уверял, что не верит в дьявола, побледнел, но держал свое мнение при себе.
Над всеми возвышался Арент, слушавший Сару с невозмутимостью горы, внимающей ветру. Он не шевелился, не расхаживал по палубе. Выражение его лица было холодным, словно сталь доспехов. Наверное, таким становишься, когда работаешь с человеком, который способен прочитать твои мысли по губам.
Дрехт не спеша спускался по трапу. Саре хотелось его обогнать, но она заняла себя наблюдением за мушкетерами. Те, выстроившись в ровные шеренги, пронзали клинками воздух, будто сражаясь с невидимым врагом.
– Это твое расследование, Арент, – раздался позади голос генерал-губернатора. – Что советуешь делать?
– Найти лохмотья прокаженного, – ответил Арент.
– Вы видели отпечатки ладоней, – сказал Вос. – Они идут из воды. Скорее всего, прокаженный спустился тем же путем. Потому-то мы его и не заметили.
– Возможно, но Сэмми Пипс предлагает обыскать корабль, а он обычно бывает прав.
Дрехт открыл красную дверь, ведущую в каюты пассажиров, и жестом пригласил Сару войти.
Подобрав юбки, она вступила в сумрак.
Разговор наверху прервала суматоха в рядах мушкетеров. Двое затеяли драку, а остальные тут же окружили их и принялись свистеть и улюлюкать.
– Это Таймен, – бросил Дрехт. – Не может без неприятностей. С вашего позволения, ваша милость.
– Конечно, – ответила Сара и с облегчением посмотрела ему вслед.
