Но его старый друг не спешил отвечать на рукопожатие, его оценивающий взгляд жёлтых, змеиных глаз шарил по одежде и лицу Эдварда, словно выискивая что-то. Тут на строгом, точеном лице появилась лёгкая улыбка, по стёклам очков в тонкой оправе на мгновение пробежали блики, пряча от императора хищные глаза хозяина. Велл протянул ему свою большую руку с длинными пальцами, пытаясь занять главенствующее положение в приветствии, кладя свою руку сверху. Эдвард всегда ловил его на этом и пытался привести рукопожатие в положение равноправия, но сильная хватка Велла не позволяла ему этого сделать.
— Опаздываешь, дорогой друг! — Сделал Велл замечание Эдварду, которому было не впервой слышать такого рода замечания, и в некоторых случаях вполне оправданно, ибо, в отличие от императора, Велл слыл самим воплощением пунктуальности и правильности. — Но, так или иначе, я, несомненно, рад твоему прибытию, пройдём. — Велл жестом пригласил Эдварда пройти за собой во дворец.
Император всегда поражался непосредственности Велла. Обычно во дворце встречают и провожают важных гостей слуги, но его друг всё предпочитает делать сам, вплоть до уборки своей комнаты. Он считает, что вместо того, чтобы по сто раз объяснять слугам, что и как правильно выполнить, лучше сделать всё самому и при этом идеально. Эдвард не совсем понимает Велла, хотя толика зависти таилась в глубине души кен меина, поскольку, в отличие от целителя, лени ему не занимать. Перед своим отъездом все приготовления он, как всегда, поручил слугам, а сам только размахивал руками и путался у них под ногами. Мужчина всегда доверяет своим слугам всю физическую работу, а сам же предпочитает работать головой, хотя у Велла и в той и в другой сфере всегда было всё идеально.
Друзья расположились на длинном диване, стоящем вдоль стены, и завели дружеский разговор. Велл интересовался жизнью императора, Анной, обстановкой Кен Меин в общем. Эдвард, как всегда, отвечал, что особо ничего не изменилось, чем потихоньку загонял их диалог в тупик. Он не любит разговаривать на тему личной жизни, даже с Веллом, хоть они и были лучшими друзьями. Как иногда признавался правитель, порой общение с этим бесконечно серьёзным типом напрягает так, что кен меину порой становится не по себе, хотя Велл и не делает ничего сверхъестественного. Император отметил, что даже сейчас, сидя друг напротив друга, казалось бы, в совершенно безобидной и дружественной обстановке, воздух казался холодным и застывшим, а вокруг стояла напрягающая атмосфера. Внешне целитель тоже отталкивать собой никак не мог, но один только строгий взгляд ярких глаз и прямая осанка, в сочетании с ростом, превышающим два метра, выдавали в нем сильного и гордого человека, требующего от остальных уважения и беспрекословного подчинения. Иногда Эдвард ужасно сочувствовал всем тем, кто обитал с ним под одной крышей — строгий режим и солдатскую дисциплину способен выдержать не каждый. На этом он вспомнил о своём крестнике и настроение немного поднялось. Он уже хотел было спросить Велла о его племяннике, но тут раздался слабый стук в дверь, отвлёкший хозяина. Тяжёлая дверь тихо скрипнула и в зал вошла молодая целительница. Она оглядела помещение и, приметив Велла, побежала к нему, придерживая подол легкого белого платья, плавно развивающегося за ней. Это оказалась принцесса Ларем, старшая сестра Юджина и племянница Велла. Подбежав, она обняла дядю сзади за шею. Кен меину эта картина показалась очень милой, к тому же, увидеть на лице Велла добродушную улыбку — большая редкость. Тут она обратила свой взор на императора, и её глаза засияли. Девушка одарила правителя теплым взглядом, слегка поклонилась, расправив платье.
Глядя на неё, Эдвард не мог сдержать улыбку. С самой их первой встречи, всем своим видом принцесса вызывала у него умиление и какое-то тёплое немного отцовское чувство. Её каштановые волосы, собранные в длинную и плотную косу, блестели и переливались на солнце, отражающемся на мраморном полу и стенах, добродушная улыбка и легкая поступь олицетворяли как лёгкую и хрупкую леди. Временами она напоминает императору молодую Анну. Он не мог не отметить, что она как две капли воды похожа на Велла, но всё-таки, было между ними существенное различие: несмотря на идентичный Веллу яркий жёлтый цвет глаз, признак высшей эволюции целителей, во взгляде Ларем не было ни жестокости, ни властности, а только нежность и доброта.
Мужчина встал и поцеловал её протянутую руку. Всё это время на лице Велла лучилась одобрительная улыбка. Он пригласил племянницу сесть вместе с ними. Кен меин поинтересовался, где она была, когда он только приехал.
— Сегодня на городской площади большая ярмарка зелий, и я там присутствовала от лица королевской семьи. Хочу заметить, что в этом году мастера зельеварения оказались более даровитыми и талантливыми!
