- Займете место Карен. Станете жрицей. Нашей сестрой. Но вы ведь можете отказаться. Тогда мы будем искать доказательство вины всего вашего рода, - он неслышно приблизился к собеседнице и прошептал на самое ухо. - Де Соузи. Только представьте...
- Убери руки! - резко прервала жреца Габриэлла и повернулась к нему, презрительно взглянула в карие глаза. - Ты предлагаешь мне лжесвидетельствовать, обвинить сестру в сговоре с Дьяволом, подвести ее под костер, глядеть, как пламя пожирает хрупкое тело, - голос Габриэллы был спокоен, как лед. В глазах ни слезинки. Только боль и ненависть. - Я согласна!
***
- А! - отчаянный крик, казалось, разнесся по всему подземелью. - Спасите!
Тотчас прозвучал приказ:
- Останови колесо!
- Может, еще разочек? Не вижу я в ее глазах покаяния.
- Кому сказал! - Кристоф скрипнул зубами. - Или ты забыл, кто здесь главный?!
- Да как тебе, Кристоф, будет угодно. Но ведь чувствую я, не готова она еще!
Пыточное колесо, что раздирало обвиняемую ведьму на части, остановили. Кристоф поднес факел к лицу женщины. Да какой там женщины - восемнадцатилетней девочки. Габриэлла, стоящая у самой стены, вскрикнула, увидев, во что превратился до недавно прекрасный лик.
- Карен, признаешь ли ты себя ведьмой?
- Нет! - из последних сил выдохнула девочка и без сил упала на колесо.
- Что я тебе говорил? - не преминул поддеть Кростофа недавний мучитель девчонки. - Нечего их жалеть!
- Уж в тебе-то жалости ни на грош, Демитрий! - послышалось от Габриэллы.
- Какой есть.
Демитрием, присмотрелся к лежащей ведьме.
- Гляди-ка, она приходит в себя.
- Рано еще. Ты ее своим удачным колесом совсем замучил.
- Не удачным колесом, - расхохотался Демитрий. - Колесом удачи.
- Не вижу разницы! - надменно бросила Габриэлла.
- Хватит! - громкий окрик Кристофа остановил зарождающуюся было перепалку. - Если она умрет, не признавшись, епископ нас по головке не погладит! Или вы забыли, как предыдущая пятерка сгинула? Так я напомню!
- Я гляну, как она в себя пришла, - предложил Демитрий и даже начал поднимать факел. Но внезапно остановился, успев осветить только тонкую шею ведьмы с запекшейся на ней кровью. Габриэлла быстро отвела взгляд от открывшейся картины. Демитрий, заметив это, улыбнулся. - Пусть лучше это сделает Габриэлла. Может, ты не так верна нам, как обещала, когда я нарекал тебя жрицей.
Девушка скрипнула зубами, но все же отошла от стены, на которую до того опиралась, вырвала из рук Демитрия факел и приблизилась к Карен. "Ведьма" все еще дышала. Еле слышно, прерывисто, будто в последний раз. А затем и вовсе стихла.
Габриэлла наклонилась ближе, вгляделась в изможденное, покрытое синяками лицо. Глаза девушки были закрыты, губы упрямо сжаты, руки стиснуты в кулаки. Габриэлла даже успела подумать: "Может, мертва, замучили до смерти?"
Внезапно глаза несчастной открылись. Блеснули так, что Габриэлла едва не отскочила в сторону. Едва. Пальцы Карен схватили ее за запястье.
- Я не мертва, сестра. Час мой еще не пришел. Как придет, я пойму. Так и ты через годы поймешь. Но не думай, будто у тебя впереди десятилетия, спокойная старость. Погибнешь, как я, в муках. Эта кара не обминает никого. Погибнешь...
А затем плеть, что полоснула пророчицу по лицу. Габриэлла заорала и бросилась вон.
Полутемный каменный ход. Старая лестница...
- Стой! - Кристоф нагнал ее уже в коридоре наверху, прижал к стене и заглянул в глаза. - Ты не можешь уйти сейчас!
- Она моя сестра! - вскричала Габриэлла.
- Уже нет. Она ведьма. Она сама выбрала свой путь, а ты должна выбрать свой.
- Выбор? - переспросила Габриэлла. - Скажи, Кристоф, а когда-то он у меня был? Пресловутый выбор.
- Ты могла отказаться.
- Не стать жрицей? - она коротко хохотнула. Но быстро взяла себя в руки. - Скажи, Карен тоже задавала тебе эти вопросы?
- О выборе? - он медленно покачал головой. - Нет, она сама приняла решение.
- Разве ты мог ответить иначе? - Габриэлла чуть насмешливо улыбнулась. - Расскажи, когда она сделала свой выбор, расскажи, какой была Карен в тот год, что мы не виделись. Она моя сестра, я должна знать, - девушка подняла руку, видя, что Кристоф хочет ей возразить. - Не по ордену. Я только лишь заняла ее место. Мирской сестрой. Расскажи!
- Ее совратил Лукавый. Она поддалась. Возьми у Демитрия ее дело, прочти, если хочешь.
- У Демитрия? Это он ее выдал?
- Тебе не нужно этого знать, - он попытался коснуться ее руки, успокоить ребенка, которому пришлось рано повзрослеть, рано понять, что значит предательство, смерть. Но Габриэлла оттолкнула Кристофа, отошла на шаг в сторону и взглянула в темные глаза.
- Ты прав, не нужно. Ее совратил Лукавый. Это все, - она подняла длинные юбки, но сделать шаг не успела, снова посмотрела на Кристофа. - Я не вернусь туда. Демитрий зацепил мою руку кнутом, когда хотел ударить Карен. Я не хочу истечь кровью.
- Рана глубокая?
- Не особо, - девушка подняла пышные юбки белыми руками, на которых не было и следа от царапин, не то что от пресловутой раны, и пошла дальше по длинному коридору.
- Габриэлла! - окликнул девушку Кристоф.
Будто не слыша его окрика, она продолжала идти вперед.
