Дорогая Виттория, внучка, если ты читаешь эти строки, значит, меня уже нет в живых. Я давно хотела рассказать тебе правду. Просто честно взять и поговорить. Но каждый раз, начиная, не доводила разговор до конца. Боялась, что, узнав, как все было, ты во всем обвинишь меня или просто пойдешь по ступам свой матери.
Она была хорошей девочкой, ты не думай. Доброй, доверчивой. Порой слишком доверчивой... А порой, наоборот, как осел, упрямой. С детства она увлекалась мистикой: гадания на рунах, какие-то заклинания, странные обряды. Я не перечила ей. Думала, что это просто детские игры. С возрастом пройдет. Так оно и было. Поначалу... Потом уже она с этими людьми связалась. Странными, больными. Они демона хотели в наш мир вызвать. Кому-то денег не хватало, кому-то любви.
Помню, Маринка прибежала вся счастливая: ритуал они нашли. Такой, что подействует. Я не поверила. Только посмеялась над ней. Старая дура! Через три дня после того разговора Марину на месте преступления застукали. Не просто преступления, страшно подумать - убийства. Девочку какую-то, совсем молоденькую, зарезали. Да и кровью ее тело обрисовали. Полиция Марину подозревать даже начала. А дочка моя, нет бы развеять подозрения, сбежала. Куда, никто не знал. Испарилась попросту.
Я никогда не верила, что это она убила. Убеждена была, что ее подставили. Или того хуже, тоже убить хотели. А ей повезло, сбежала она. Долго я так думала. Не раз свечку за нее в церкви ставила, чтобы жилось ей как можно лучше.
А потом тот звонок через десять лет после исчезновения. "Вашу ночь нашли мертвой..." Марину... Я солгала тебе, Виттория. Твою мать не кремировали. Ее какие-то звери заживо сожгли. Звери! Люди такого сотворить не могли. И сделали они это прямо на кладбище. Старом, правда. Там, где уже не хоронят. Маринку только вот похоронили. Побрезговали кости горелые с места на место переносить, так прикопали. Девятый ряд. Место пятнадцатое. Ты не забывай про мать. Цветы ей на могилу приноси. Раньше я это делала. Теперь вот твоя очередь.
Только, Виттория, молю. Убийц этих отыскать не пытайся. Они уже давно за решеткой. Поймали их, наказали по всей строгости. Мать это твою не вернет, но хоть эти скоты ответят!..
Я отложила письмо в сторону. Подумав, сложила его на четыре части и вновь в конверт засунула. Сама полезла в сумку, где вот уже несколько дней носила материалы украденного у Олежки дела. Все хотела вернуть, да не до того было.
Достала уже раз изученную фотку. За это время та ничуть не изменилась. Кости, обрывки одежды и волос... Но я же не знала, что это моя мать!
Горянская Марина...
Горянская Марина...
Горянская...
А если я ошибаюсь - попыталась я уцепиться за хлипкую версию. Если...
Внезапно мой взгляд привлек валяющийся среди костей кулон. Округлой формы, слегка вытянутый кверху, будто капля воды. Где-то я уже видела... Полезла в сумку. Потайной карман справа...
