– Никогда, милая.
– Такой джентльмен.
– Ты даже не представляешь.
– Это, – я откинулась на спинку кресла, борясь с желанием придушить его, – правда.
Осенью мамы невест по всей Америке собирались купить платья с нечеткими силуэтами и зловещими, резкими линиями. Мои эскизы не соответствовали моему привычному чистому, романтическому стилю.
После обеда с Чейзом и Кэти я испытывала такую ярость, что порвала три листа, пытаясь сделать набросок. И сидела перед размытой формой женского тела – на нем еще не было ни штриха одежды, – когда мой телефон завибрировал от входящего сообщения.
Чейз: Держу пари, ты все еще думаешь о том поцелуе.
Мэдди: Я хлебнула отбеливатель, как только вернулась в офис. Немного помогло.
Мэдди: Что, черт возьми, ты творишь?
Чейз: Играю в любящего жениха.
Мэдди: Мы закончили с играми. У нас была договоренность, и я свою часть выполнила.
Мэдди: Ты устроил мне засаду. Знал, что я там буду. Зачем ты это сделал?
Чейз: Решил, что история нашей помолвки нуждается в подкреплении, раз уж ты пошла и публично обнялась с парнем в трико.
Чейз: Очень крепко.
Чейз: Словно парочки в кино.
Мэдди: Я сказала, что он друг!
Чейз: И все же это случилось.
Чейз: (Это ведь случилось, правда?)
Мэдди: Да. На прошлой неделе из-за стресса я напекла лишнего печенья и решила принести немного ему.
Чейз: Что за человек целуется со своим парнем в детской клинике?
Мэдди: ЭТО. БЫЛИ. ПРОСТО. ОБЪЯТИЯ!
Я почувствовала себя Россом, кричащим на Рейчел: «МЫ БРАЛИ ПЕРЕРЫВ!»[21].
Мэдди: Подожди, почему я перед тобой оправдываюсь?
Чейз: Потому что я твой жених.
Мэдди: ФАЛЬШИВЫЙ ЖЕНИХ.
Чейз: Расскажи это настоящей фотосессии в честь помолвки, которую моя мама запланировала для нас на следующей неделе. Чуть позже я пришлю тебе подробности по электронной почте.
– Бо-о-о-же, – протянула Нина за моей спиной во весь голос. – Ты даже сообщения набираешь громко. Ты понимаешь, что шепчешь все, что пишешь? Такая простушка.
Я бросила карандаш и помчалась к лифту. Успев к закрывающейся кабине, я просунула ногу внутрь, дабы открыть двери, затем нажала кнопку верхнего этажа – правление Black & Co. Я никогда не была там раньше, и перспектива ворваться на их этаж, желая устроить настоящий ад, не слишком привлекала. Но я не могла больше этого выносить. Очевидно, что Чейз нарушает все правила нашего соглашения. Я нервно постукивала ногой на протяжении всей поездки, представляя способы, которыми собираюсь прикончить Блэка, когда, наконец, доберусь до него.
Лифт с грохотом открылся. Я выскочила из него, инстинктивно направившись прямиком к самому большому кабинету.
– Мисс!
– Извините!
– У вас есть пропуск?
Заикающиеся администраторы и взволнованные секретари, спотыкаясь, следовали за мной по пятам. Сонное стадо мужчин в костюмах наблюдало за происходящим со стороны офиса, держа в руках стопки бумаг и папок. Я хлопком отворила стеклянную дверь в кабинет Чейза.
–
Ублюдок даже не соизволил оторвать взгляд от документов, которые читал. Просто очень медленно перевернул страницу, делая вид, что хмурится над содержимым. Я восприняла это как приглашение войти. За моими плечами возникли две секретарши.
– Мне очень жаль, мистер Блэк; она только что ворвалась…
– …даже не смогла разобрать ее имени на бейджике! Служба безопасности уже в пути.
– Все в порядке. – Он оборвал их тоном, подразумевавшим прямо противоположное. – Уходите.
Они обменялись растерянными взглядами, затем синхронно склонили головы и выскочили из его кабинета. Чейз, наконец, оторвался от своих документов. Он выглядел, на удивление, спокойным для человека, которого только что окликнули посреди его собственного кабинета.
