Дьявол носит чёрный полностью

Мэдди: А ты получишь немного витамина К, если только попробуешь.

Чейз: Не уверен, что знаком с этой добавкой.

Мэдди: Кулак в лицо.

Чейз: Знаешь, я думал, ты немного остынешь, когда поймешь, что я не изменял.

Мэдди: Почему? Желание оттолкнуть меня, намеренно оставив шрам на всю жизнь, лишь немногим хуже, чем быть пойманным со спущенными штанами.

Мэдди: И да, я знаю, что на тебе нет штанов. Не стоит повторять.

Он прислал мне фотографию нижней половины своего тела, сидя на своем черном кожаном диване в темно-серых брюках. Никогда раньше не видела его ни в чем, кроме черных костюмов, и, по глупости, это застало меня врасплох. Его ноги были раздвинуты, и силуэт огромной эрекции прослеживался по внутренней стороне бедра. Я почувствовала, как у меня перехватило дыхание, и тут же втянула носом воздух. Миллион муравьев танцевали на моей коже от возбуждения. Подпись гласила: «Красивое бикини». Я посмотрела вниз, изучая свою грудь в купальнике. Неужели он действительно смотрел на меня из своих апартаментов? Его окна затонированы, но я изо всех сил сдерживалась, дабы не проверить.

– Почему Мэдди выглядит так, будто вот-вот упадет в обморок? – спросила Лайла. – На что она уставилась в своем телефоне?

– С моего места она похожа на супербуррито, – нараспев сказал Франциско.

– О, я бы не отказалась от мексиканской еды вкупе с мохито, – размышляла Лайла. – Проверь время работы «ДорДэш» ниже по улице.

Я проигнорировала своих друзей, печатая слова, о которых, как я знала, потом пожалею. Я была слишком взволнована – слишком возбуждена, – чтобы не попасться на крючок Чейза. Кроме того, это просто безобидный флирт. Я одинока. Итан первым начал постоянно подчеркивать, что между нами ничего серьезного.

Мэдди: Это пистолет или ты просто рад меня видеть?

Я выдержала паузу, желая шокировать его. Чтобы этот электрический ток между нами продолжал обжигать. А затем сделала невероятное. Немыслимое. Я подняла телефон и сняла селфи в своем бикини с ананасовым рисунком. У меня нет тела, достойного глянцевых обложек. Ничего общего с аккуратными подтянутыми мышцами и хирургически улучшенными изгибами Эмбер. Я миниатюрная, с широкими бедрами и плоским, хотя и мягким животом. Поморщившись, отправила фото Чейзу. А на заднем плане услышала, как Лайла жалуется на мою неспособность отказать.

– Наверное, он попросил ее сделать эротическое фото, и она не может отказаться, потому что в ее словарном запасе не существует слова «нет».

– Мэдди только что сфотографировала себя в бикини? Она даже в социальные сети не выкладывает ничего, кроме цветов и набросков, – пробормотал Франциско, теряя интерес.

Мэдди: Имеешь в виду это бикини?

Чейз: Да, оно. Да, я рад тебя видеть, и да, я хотел бы оттрахать тебя так сильно, чтобы оставить вмятину в форме твоего тела в матрасе, на новой кровати, которую я тебе купил, и на ковре.

Мэдди: Романтично. Это Аттикус?

Чейз: Аноним.

Мэдди: Не бросай свою основную работу. Поэзия – не твой конек.

Чейз: О, маловероятно. Я могу быть романтичным, если захочу.

Мэдди: Правда? Давай посмотрим. Будет весело.

Чейз: Я хотел бы оттрахать тебя так сильно, чтобы оставить вмятину в форме твоего тела в матрасе, на новой кровати, которую купил тебе, и на ковре. Пожалуйста. <3 <3 <3

Чейз: Как я справился?

Мэдди: Изысканно. Пабло Неруда тебе и в подметки не годится.

Чейз: Значит ли это, что я могу заглянуть сегодня вечером?

Мэдди: Нет. И если ты еще раз пришлешь подобное фото, я заблокирую твой номер.

Чейз: Продолжай обманывать себя.

Мэдди: Думаешь, я блефую? В первый раз я без колебаний вычеркнула тебя из своей жизни.